Прогулка писателя
Новые миниатюры Михаила Жванецкого.
Начало
Святое дело для этой страны испортить настроение, жизнь и постараться ликвидировать старость.
Все время думаю: как можно веселиться в наши дни?
Да, конечно, причин для расстройства настроения и желудка наша мать ее Родина подбрасывает бесконечно.
Только начни — и ты вечно будешь в слезах.
Раньше из-за траура отменяли концерты, прерывали заседания.
Теперь перестали.
Нет смысла.
Население разницу перестало чувствовать.
Чего ж это мы не будем собираться!
Этот праздник наш!
ОМОН с ними, а хрен с нами.
Чуть страха, настоянного на коньяке, замешанного на ожидании,— и мы встретим солдата, как родного.
Тем более что это же дети наши. Даже если убьет.
У нас все равно, кроме женщин, никто интеллигентно сопротивляться не умеет.
Поэтому нас имеют все, а мы имеем наших женщин, а наши женщины имеют нашу жизнь, которая имеет нас.
Навстречу железному маршу армии демократия делает первые неверные шаги.
Опустим центр тяжести, друзья, и укрепим его там, чтоб хорошо держать удар в голову.
— Та-тах-тах-тах... Упал — поднялся... Упал — поднялся... Упал — поднялся...
В МВД все выяснили, а центр тяжести найти не могут...
Посадили — отпустили... Посадили — отпустили...
...Ну, все-таки...
Скоро мы от безденежья великие вещи будем делать.
Изумительные книги писать.
На любовь время тратить будем.
На слова.
На дружбу.
Безденежье — основа творчества.
Приход безденежья — великий сдвиг в душе.
Не мешай кризису.
Не бросайся от него.
Дай ему завладеть тобой.
Тут же все взорвется творчеством ослепительным.
Только не путай кризис с меланхолией.
Меланхолия — интуиция неудач.
Я бы все население России — на медкомиссию во главе со мной.
Кто-то сказал:
— Сажать...
У всех ассоциации: все, кроме сада...
Бормотнул:
— Берут и будут брать...
Ассоциации: с КГБ, мэрией, тюрьмой, коррупцией и женщинами...
— А вы не давайте...
Тут же: с женщинами, школой, анализами крови и дыханием в трубку.
Со словом "стадо" — что угодно: толпа, демонстрация, туристы, абитуриенты... Все, кроме коров...
Также и телки.
Девицы, путаны, спортсменки, прыгающие через барьер, только не коровьи дети.
Вот такой народ в России поселился между революциями...
Между строк читают, между кадрами видят, между словами чувствуют.
А самих слов уже не понимают...
Вы знаете, ведь человек смеяться не обязан.
Плакать — да. А смеешься сам.
Все от того, как использовать жизнь.
Если сидеть и ждать счастья, не заметишь, что оно уже было.
Спроси меня: что ты сейчас делаешь?
Я отвечу: сравниваю. Это большая работа.
Все есть во всем.
А скука существует только в театре.
Но это не жизнь.
Разные подходы к искусству:
Один подъезжает, а кто-то подходит...
Приглашенные на периферию из столицы не выдерживали и разбегались.
Послали своих, чтобы научились.
Они научились и не вернулись.
Образованные чужие бегут.
Образованные свои не возвращаются.
По-моему, для тех мест вред приносят не люди, а образование.
Концерт для высокого голоса в сопровождении съезда партии.
Бей гражданских, чтобы военные боялись.
— Я лично обыска не боюсь,— говорил он.
У меня бриллианты лежат в граненом стакане, засыпанные перловой крупой.
В крайнем случае, варю и ем.
Такой концерт!
По пять пальто люди в гардеробе забывали.
Досрочно выскакивали...
