Педагогика и мировая политика

Летом делать нечего. От отдыха быстро устаёшь. Люди как-то «упрощаются». Куда бы ни приехал отдыхать, люди всюду делятся на две категории – умеющих получать удовольствие от жизни и выбравших для себя роль непрерывно гундящих по поводу недостаточно цивилизованного уровня сервиса. Как ни странно, ждёшь осени и «завершения купального сезона». Не столько из-за того, что соскучился по работе, сколько из-за того, что скучаешь по человеческой многомерности.

Зато летом обывателям легче заниматься мировой политикой. Дети в пионерском лагере и не напрягают проблемами в школе. Футбол закончился. В смысле: закончился футбольный чемпионат Европы, а после него как-то нелепо рассуждать на тему отечественного чемпионата – как там кому было бы правильнее пнуть и попасть в ворота. Из тематики, в которой разбираются все, обывателям остаётся только мировая политика.

Не отделяя себя от народа, сидим с приятелем и обсуждаем, как можно совместить педагогику, спорт и мировую политику. То есть воображаем разные страны обучающимися в одной школе. Ибо так оно и есть – страны в мире играют те же роли, что существуют в любом школьном классе.

Европа – прилежная, аккуратная отличница, занимается общественной работой. Красавица при этом. Ей легко всё даётся, хотя и тратит на подготовку домашних заданий очень много времени. Всегда тянет руку. Сидит, естественно, за первой партой. Будущая медалистка. В СССР была бы секретарём комитета комсомола школы. Поступит в вуз на бюджетное отделение. Закончит его с красным дипломом. Велика вероятность, что потом выйдет замуж за ублюдка.

Азиатские страны – мутные, немногословные, никогда не тянут руку, но если учительница спросит, то ответят. Малоинтересные заучки, одним словом. Обычно сидят на средних партах.

Латиносы – эти сидят на «камчатке» (хороший каламбур), шумные троечники, но хорошие спортсмены. Некоторые – обаятельные красавцы, любимцы девчонок (по ним тайно воздыхает даже «правильная» Европа), некоторые – отвратительные, в прыщах. Часть из них будет учиться в вузе на коммерческом наборе. Часть пойдёт на улицу. Кто-то загнётся от наркоты, кто-то разбогатеет на её дистрибутиве.

Мусульманский мир – дети из мигрантских семей. Молчаливые, замкнутые на самих себе. Язык знают плохо. Окружающие относятся к ним с подозрением. Даже самые отъявленные хулиганы с ними стараются не связываться, ибо они очень сурово стоят друг за друга. Учителя натягивают им оценки.

Россия – более сложный персонаж. То ли просто двоечник, то ли удивительный типаж «способного разгильдяя» (в журнале отметки от единицы до четвёрок, пропуски занятий). В учителях вызывает сложную гамму чувств – от ненависти до жалости. Они часто об этом ученике спорят. Его часто таскают на педсовет и к директору. В вуз может поступить и на бюджет, а может и на внебюджет. А может просто туда не пойти, загреметь в армию и быстро после армии спиться.

Африка – ну эти вообще не ходят в школу, им годовые оценки просто так ставят, чтобы не выгонять. Главное – дотянуть их до 9-го класса, а потом сбагрить в «фазанку».

Вот только США – надо отдать им должное, по крайней мере, в нашем воображении – не вписываются в эту схему. Отличники-хулиганы, отличники-спортсмены – редкий тип. К заучкам США не отнесёшь, к просто хулиганам тоже. Отличник, держащий в страхе весь класс, – практически не существующий типаж. Опять же на стандартное учительское место у доски США тоже не поставишь. Разве что на место учителя физкультуры или труда.

Но вот учителя-то кто в этой воображаемой школе? Каким педагогическим традициям они наследуют? Кто, извините, в этой школе директорствует? Нет ответа. Такое ощущение, что вот-вот проорут собравшиеся в классе ученики: «Ура! Училка заболела, уроков не будет!».