Павел Каныгин

© Новая газета

ОбществоМир

3408

09.04.2009, 17:12

Челюсти

Почти фильм ужасов. Из соображений экономии средний класс подставляет рты стоматологам-практикантам.

Петр Саруханов — «Новая»

В словаре жаргонизмов среднего класса самое достойное место занимает понятие «опция». То есть возможность выбора оптимального и соответствующего сословию варианта для решения задачи. Например, задача — отпуск, опции — Турция, Египет, Таиланд… И чем больше вариантов предполагает опция, тем выше статус представителя сословия. С возможностью последующего скачка в премиум. Но отобрав у среднего класса деньги, кризис вызвал великое перераспределение опций. Привычные возможности оказались недоступны (точнее, доступны только высшему сословию). Их место заняли жухлые опции малоимущих.

Задача — отпуск. Опции — дача, Анапа, маршрут Золотого кольца…

Два года назад я оказался в компании обветшалых стариков, бездомных и алкашей. Это было в регистратуре клинического центра стоматологического университета. В единственном на весь город месте, где бесплатно лечат зубы, не требуя документов. Добровольцами люди записывались на прием к студентам, проходящим практику. Добровольцам (в тот раз их было человек шесть) улыбались и безвозмездно вручали бахилы. Спустя два года, когда пришел кризис, контингент завсегдатаев был потеснен. Им здесь больше не улыбались.

В десять утра бездомного внутрь клиники не пустили.

— Вам куда? — громко спросил охранник.

— Саныч, не узнаешь? — выдохнул бродяга. — Зубик бобо… Остограммился, но не помогает.

Охранник махнул рукой перед своим носом, развеивая мерзкий аромат огуречного лосьона.

— Потише, удод, — прошипел он. — Вали лучше. Добровольцев без тебя хватает…

Бродягу вытолкали на улицу. Удивленный, тот еще с минуту смотрел в вестибюль клиники через стеклянную дверь. Туда, где на лавочках сидело с полсотни приличных людей.

Мужчины в костюмах, женщины — в строгих платьях. Некоторые читали газеты, кто-то суетливо ходил по холлу, мусоля в руках ключи от машины. Такую картину можно увидеть скорее в банке… Бездомный с искренним негодованием вдруг промычал: «Черт знает что! Душу мать…» — и поплелся к воротам.

Запись на лечение напоминает набор массовки для съемок фильма. Раз в двадцать минут из регистратуры в центр вестибюля выбегает администраторша, указательным пальцем отсчитывает несколько человек и уводит их в лифт.

— Набор в группу доцента Сенкевич! — проревела администраторша. — Вы, вы, вы и вы, пройдемте в 205-й…

Доцент Сенкевич — крупная женщина лет пятидесяти пяти с короткой стрижкой — и семеро студентов ожидали нас у входа в кабинет. Через полминуты четверо добровольцев (и я в качестве журналиста) уже сидели в креслах. Мужчина лет тридцати в костюме, зрелая дама в шляпке и пара молодых брюнеток. Студенты надевали перчатки. Из-за ширмы показалось невинное создание в огромных очках, похожее на стрекозу. Создание раздало добровольцам бланки анкет-расписок и встало рядом с доцентом. «Спасибо, Ксюшенька, — хрипловатым голосом сказала Сенкевич. Затем обратилась к пациентам: — Уважаемые больные! Я рада приветствовать вас в центре. Через какие-то минуты наши студенты окажут вам помощь, но для этого мы должны знать, что вы согласны на бесплатное экспериментальное лечение…. Сегодня с вами четвертый курс, я — доцент Сенкевич и моя ассистентка Ксения. Заполненные бланки прошу передать ей».

— Секундочку, — деловито выступил мужчина 30 лет в костюме. — А каковы будут с вашей стороны письменные гарантии?

Лицо доцента сделалось гневным.

— Гарантии? — переспросила она. — Каковы письменные гарантии?! Да никаких гарантий, вы слышите, никаких! Я уже сейчас вижу ваш передний резец и минимум 10 тысяч, которые на него потратит центр. Что ж вы еще хотите, доброволец?

Через сорок минут с предсмертным воплем мужчина в костюме вскочит с кресла, повалив на пол одного практиканта и столик для инструментов… «Трус, — объявит Сенкевич. — Это всего лишь укол ультракаина». А пока добровольцы заканчивали с анкетами.

— Так, рассредоточились, — Сенкевич обратилась к студентам. — Выбираем больного, выясняем диагноз, затем обсуждаем лечение… Ксюшенька, не забывайте протоколировать процесс от и до.

В руках «стрекозы» тут же возник массивный блокнот.

Практиканты разбились на пары. И с заметным волнением подступили к добровольцам, которые уже раскрыли рты.

Дама в шляпке, впрочем, надумала возмутиться:

— Это что, сеанс группового лечения? Хотелось бы индивидуального подхода!

— Это подготовка к курсовой, уважаемая, — сощурилась доцент. — И насчет индивидуального подхода: снимите шляпку. Или, как вы себе представляете, человек будет выполнять у вас во рту свою практику?

И Ксения тут же застрочила в блокнот.

После осмотра состоялось короткое обсуждение состояния больных. Первым решено было оперировать мужчину в костюме.

— Сергей Афанасьев, разрушено несколько пломб, — констатировал усатый студент. — В том числе на переднем зубе, а шестерка требует удаления нерва.

— Так это же прекрасно, Захаров! — обрадовалась доцент. — У вас курсовая как раз по новейшим способам пломбирования. Это ваш случай. Но я с вашего позволения взгляну.

Сенкевич подошла к мужчине в кресле. Заглянула в анкету:

— Менеджер ты наш по работе с физлицами в банке, — доцент склонилась над лицом мужчины. — Ну нельзя же так себя не любить, Сереженька! Открой ротик… Три разрушенные пломбы, ну что же ты, голубчик, в дешевой клинике вставлял? Жвачку жевал?

— М-м… — застонал Сергей.

— Пошире-пошире… Сейчас тобой займемся, можешь пока закрыть. Захаров, приступайте, группа в вашем распоряжении. Рекомендую начать с шестерки.

— Доктор! — вскрикнул Афанасьев. — Давайте начнем с переднего зуба. На меня люди смотрят, надо как-то улыбаться!

— Не командуй, Сереженька, — по-матерински осекла Сенкевич. — Ты же не в «Мастердент» пришел.

В доценте Валентине Сенкевич чувствовалась старая закалка. Пригласив меня в свой кабинет (каморка через смежную стенку), она предложила закурить. Из сумочки показалась пачка «Беломора» и бутылка минералки. В баночках на стеллаже, как в миниатюрной кунсткамере, были представлены образцы зубов-мутантов. «Как бы плохо ни говорили про кризис, он очень помог центру с добровольцами, — Сенкевич постучала папиросой по столу. — Скажу откровенно, повысилось качество пациентов, расширился круг жалоб…»

Сенкевич подтверждает: раньше центр посещали в основном бомжи и гастарбайтеры с флюсом и кариесом. Но даже этот контингент приходилось зазывать. Как выход рассматривалась практика западных университетов, которые сами платят добровольцам за лечение. Но с кризисом проблема посещаемости была решена: пришла новая публика. «Средний класс, люди с представительскими функциями, начальники отделов. Благодаря такому потоку мы здорово повысим уровень наших студентов».

Доцент крепко затянулась папиросой, отхлебнув минералку из горла.

— Но есть большая проблема. Это психологическая напряженность пациентов. Надо понимать, что к нам их приводят только сложности с деньгами, соображения экономии. У людей по этой причине стресс. Вплоть до абсурда. Каждый день приходят пять—десять женщин и мужчин с просьбой сделать отбеливание передних зубов. У многих из них тяжелейший пародонтоз, запущенный кариес, они же хотят только отбеливание. Но почему? Во всех случаях ответ примерно один: мы должны выглядеть конкурентоспособно. Это какая-то массовая истерия, ведь невообразимо, чтобы людей сегодня увольняли за желтые зубы!

Из процедурного кабинета тем временем раздался пронзительный крик пациента Афанасьева. В тот же миг Сенкевич выкинула недокуренный «Беломор» в форточку и помчалась к двери. Я побежал следом… Картина открылась следующая: посреди комнаты стоял напуганный Афанасьев, из его рта торчал конец шприца с анестезией. Практикант Захаров, стоя на коленях, лихорадочно собирал приборы. Ассистентка Ксюша усиленно исписывала блокнот. «Афанасьев! Что вы разорались с инструментом во рту? Сядьте на место», — Сенкевич хладнокровно удалила шприц. Мужчина негромко всхлипнул.

— Мне немного боязно, — сообщила дама без шляпки.

— Правильно, бойтесь. У вас зубной камень, а вы, судя по анкете, требуете отбеливание.

— Вы ничего не понимаете, — манерно возразила дама. — Здоровый блеск, свежее дыхание, непринужденная улыбка — залог успеха в делах. К тому же я личный переводчик вице-президента компании, и кому как не мне…

— И вы, очевидно, тоже пришли на отбеливание? — перебила Сенкевич, взглянув на двух брюнеток.

— Только мы не переводчицы, — сказала одна. — Мы помощники генерального директора.

Но в этот день мечты секретарш и переводчицы не сбылись. Со словами: «Пациент с острой болью!» — в кабинет ворвалась администратор. Следом семенил грузный мужчина в пальто, ладонью придерживая правую щеку: «Умоляю, сделайте что-нибудь, умоляю…» — пыхтел толстяк.

— Коллеги! — произнесла Сенкевич. — Полагаю, это автомат по летнему зачету. Всех остальных прошу покинуть помещение.

Афанасьева, впрочем, не отпустили. На него уже было потрачено 300 бюджетных рублей. Будут долечивать.

Павел Каныгин

© Новая газета

ОбществоМир

3408

09.04.2009, 17:12

URL: https://www.babr24.news/?ADE=76776

Bytes: 8984 / 8880

Версия для печати

Скачать PDF

Поделиться в соцсетях:

Также читайте эксклюзивную информацию в соцсетях:
- Телеграм
- ВКонтакте

Связаться с редакцией Бабра:
newsbabr@gmail.com

Другие статьи в рубрике "Общество"

Блогнот. Томская экс-неделя

Областным и муниципальным бюджетным учреждениям на этой неделе дано указание празднично оформить здания к 1 декабря. Никогда томичи не готовились к Новому году так рано. Наши социальные архитекторы явно надеются поднять настроение в обществе.

Андрей Игнатьев

ОбществоПолитикаТомск

4344

13.11.2026

Путешествие в Монголии. Эксклюзивное интервью Бабра. Часть вторая

Первую часть читайте здесь. Монголия — Расскажи, что было после поезда. — В Улан-Удэ я приехал рано утром, отправился на автовокзал и сел на автобус до Монголии. Когда мы находились примерно в пяти километрах от границы, полиция остановила нас.

Эрнест Баатырев

ОбществоТуризмМонголия Россия

1354

13.11.2026

Инсайд. Томский обзор

На первый план вышли областные депутаты. Томская Законодательная дума запретила на пять лет продажу вейпов в регионе. Пятилетний запрет стартует с 1 марта 2027 года.

Ярослава Грин

ОбществоПолитикаТомск

5139

12.11.2026

Между пробиркой и судом: монгольские борцы теряют доверие к системе

Монгольская национальная борьба бух переживает непростой период. Допинговые разбирательства нередко затмевают сами соревнования, а вокруг известных борцов возникают споры о дисквалификациях, спортивных званиях и праве выходить на арену.

Эрнест Баатырев

ОбществоСкандалыСпортМонголия

1355

11.11.2026

Иркутский округ: жмурки вместо похорон

Иркутск и Иркутский округ, как сговорившись, синхронно выдали скандалы федерального уровня. В первом, с выселением из дома на улице Пискунова, гражданам наглядно показали, что нельзя им спокойно жить. Из второго скандала явно следует, что и умереть спокойно нельзя тоже.

Георгий Булычев

ОбществоПолитикаСкандалыИркутск

10553

10.11.2026

Традиционные ценности: штраф до пяти миллионов за неизвестно что?

Госдума РФ готовится штрафовать за дискредитацию так называемых традиционных российских ценностей, юридического определения которых нет ни в одном федеральном законе.

Максим Бакулев

ОбществоРасследованияРоссия

6037

10.11.2026

«Это мой способ путешествовать. Это мой образ жизни». Эксклюзивное интервью Бабра. Часть первая

В 46 лет простой учитель из Стамбула уже побывал в 64 странах и проехал на автомобиле более 300 тысяч километров. Но цифры для Эмре Деведжи — не главное. Он не собирает страны и города как трофеи. Он собирает людей, их истории и моменты, которые остаются с ним еще долго после завершения путешествия.

Эрнест Баатырев

ОбществоТуризмМонголия Россия

2076

10.11.2026

Телеграм Красноярска за неделю. Фуршет в Ачинске и дело Логинова

Бабр представляет обзор ключевых событий и обсуждений в красноярском сегменте мессенджера Telegram за неделю со 2 по 8 ноября включительно. Ачинский фуршет На прошлой неделе в Ачинске обсуждали проведение медицинской реформы в Красноярском крае. Между делом организовали фуршет.

Анна Роменская

ОбществоПолитикаСкандалыКрасноярск

5292

09.11.2026

Коллапс по-красноярски: снегопад и закрытие путепровода вновь обнажили транспортные проблемы

Ноябрь для красноярских автомобилистов начался с дорожных заторов. Начало рабочей недели, снегопад, перекрытие путепровода в районе Солонцов и другие строительные работы превратили перемещение по городу в настоящие испытания.

Анна Роменская

ОбществоСкандалыТранспортКрасноярск

1512

05.11.2026

Первую в мире дирижёрскую палочку из алюминия представил РУСАЛ

Компания РУСАЛ представила первую в мире дирижёрскую палочку из алюминия. Обладателем уникального инструмента стал французский дирижёр Клеман Нонсьё на фестивале искусств «Хворостовский» в Красноярске. Инициатором проекта стала компания РУСАЛ.

Ярослава Грин

ОбществоКультураКрасноярск

7483

05.11.2026

Семейная ипотека и демография в России: недетские ставки и схватки за метры

Осенью российские власти перестроили программы семейной поддержки и перевели ипотечные субсидии, налоговые возвраты и службу родовспоможения на адресную работу с многодетными родителями.

Виктор Кулагин

ОбществоЭкономикаРоссия

3696

03.11.2026

Миллионы и обещания: судьба проекта монгольского эко-города

В 50 километрах от Улан-Батора, в сомоне Сэргэлэн аймака Тув, планировалось построить новый город, который должен был изменить карту расселения Монголии.

Эрнест Баатырев

ОбществоЭкономикаЭкологияМонголия

2795

03.11.2026

Лица Сибири

Гергенов Михаил

Колмаков Владимир

Симиненко Владимир

Матюха Виталий

Чупров Сергей

Суходолов Александр

Пронин Юрий

Владимиров Владимир

Осипова Елена

Воронов Анатолий