Никас Сафронов: не оправдания ради, а точки зрения для
Можно было ожидать, что после грандиозного скандала со своими «картинами» в Иркутске Никас Сафронов постарается поскорее забыть эту неприятную историю, или, по крайней мере, как можно реже о ней упоминать. Но не таков Николай Степанович, он буквально вынуждает нас продолжить тему. Ну что ж, как угодно.
Итак, Никас Сафронов на своей странице ВКонтакте решил выступить с опровержением обвинений в свой адрес. Причём, как он сам утверждает, согласился (с кем, интересно?) на этот шаг не в качестве оправдания, а дабы донести до общественности свою точку зрения.
Первое, на что открыл глаза обществу Сафронов – то, что предложение участвовать в открытии музея Распутина он получил во время своей выставки в Иркутске осенью прошлого года и тогда же решил написать портрет писателя, чтобы «не прийти с пустыми руками».
«Я еще раз хочу подчеркнуть, что портрет задумывался как подарок, и именно в таком качестве был передан музею».
Здесь сразу отметим, что даже если бы «художник» не лгал (а он лжёт), то он как минимум перепутал музеи. Достоверно известно, что «портрет» Распутина хранился в фондах Областного художественного с декабря 2016 года, и был передан его руководством в музей Распутина непосредственно перед открытием последнего. Другими словами, Никас Сафронов публично обвинил пресс-службу художественного и лично директора Наталью Сысоеву в подтасовывании фактов.
Ещё более интересный вопрос: если «Распутин» был подарен, то за что же Сафронов получил 1,2 миллиона рублей от Фонда наследия русской духовности и культуры? Оказывается, за какие-то неведомые «полотна в стиле дрим-вижн». Налицо открытое обвинение в адрес фонда «Отражение», который отчитался в том, что потратил деньги именно на портрет Распутина.
Отдельно коснёмся непосредственно «портрета».
«С Распутиным я знаком не был и, естественно, работал по фотографии. Люди, знавшие его при жизни, передали мне это фото с уверениями, что этот образ ему нравился, в отличие от многих других, растиражированных в книгах».
Даже комментировать не хочется. Можете себе представить Валентина Григорьевича, обсуждающего, какая из его фотографий ему нравится больше, а какая меньше? Вот уж поистине, не был Сафронов знаком с писателем. Да и большой вопрос, захотел бы сам писатель с ним знакомиться?
Но не всё так плохо. Есть в сообщении Сафронова и позитивная информация. В первую очередь это то, что «портрет Левченко» ни в коем разе не является компенсацией за купленные картины, а есть не что иное, как символ отношения «художника» к «этому замечательному человеку и профессионалу». Когда вот только «живописец» и губернатор успели проникнуться друг к другу такими чувствами? Видимо, во время всё той же осенней выставки.
Ну и самое главное.
«Я действительно получил один миллион двести тысяч рублей, которые в основном собираюсь передать Иркутску для благотворительных целей, о чем я во всеуслышание заявил на упомянутой выставке».
Очень хорошо. Жаль, что не уточняется о какой выставке речь. Если об осенней, то тогда об этих деньгах ещё и не знал никто, включая самого Сафронова. Если об открытии музея Распутина в марте, так там и вовсе речи о купле-продаже не заходило. Или мы что-то мимо ушей пропустили? Ну да ладно, не важно. Главное, что деньги вернутся в Иркутск. Ведь Никас Сафронов никогда не лжёт, как мы только что смогли убедиться.
Ну а завершить хотелось бы ещё одной цитатой со страницы Никаса Сафронова, раз уж мы туда заглянули, в которой вновь упоминается Иркутск.
«Вычитал отличную шутку: на выставке Джока Стёрджеса в Москве нашли признаки педофилии, на выставке Никаса Сафронова в Иркутске нашли признаки искусства. Посмеялся, кроме шуток! И на злобу дня, и у меня новая байка для друзей».
Дорогие земляки! Если кто говорил нечто подобное – откликнитесь! А мы пока будем ждать миллион двести от Сафронова на благотворительные цели и наслаждаться яркими кадрами его пребывания в нашем городе.
Фотограф: Кирилл Шипицин © Фотобанк Бабра
Новости Прибайкалья - в Вайбере. Только эксклюзив! Подписывайтесь!
