Буратино, купи себе азбуку!, или несколько камней в огород иркутского департамента по образованию

Прошу прощения, как он называется по-новому, не помню.

Как выяснилось буквально пару дней назад, в Иркутске в очередной какой-то там по счету раз проводится городской форум «Образование Иркутска – 2009». И то ли я такая непросвещенная, то ли и правда хреновая у нас реклама по этому поводу. Но это так, маленькое лирическое отступление. Вернемся к сути. А в сути есть то, что в этот раз решили провести еще и Детский Форум в его рамках. Ну и позвали меня на роль ведущего женского пола, так сказать. Ибо сейчас модно, чтоб на сцене присутствовала пара Мэ+Жо. Наверное. Ну я по доброте душевной и по отсутствию большого опыта работы со всякими там госорганами согласилась…

Первый раз прочитав сценарий открытия, все реплики ведущих, меня очень заинтересовал вопрос, чья это хорошая шутка – дать написать все ребенку? Когда же мне объяснили, что ЭТО работа некоего нового в нашем городе режиссера чуть ли не из самой Московии, я начала задумываться над вопросом реформ русского языка. Неужели я проспала нововведение под кодовым названием «побольше любите русского языка»? Ан нет, не было такого. И тут сам собой возник главный вопрос: «Так какого ж черта?».

Еще одно маленькое лирическое отступление: меня всегда интересовало, зачем, нет, вот зачем люди, которые буквально ненавидят детей, идут работать в школы? Почему люди, которые с детства с трудом могли сообразить, что такое дробное число, идут в математики? Для чего человек, у которого твердое «2» по русскому языку и литературе было исправлено в аттестате на «3» дрожащей рукой сердобольной учительницы, рвется быть журналистом? С какой вообще целью ученик, который все школьные годы считал, что аорта – это где-то в Европе, идет в медицинский? Видимо, на все эти вопросы ответов нет в природе. Так что продолжим…

Итак, вдоволь насмеявшись над предложенным сценарием, я, Е-й (ведущий пола Мэ) и К.П., наш руководитель, оставили все до прихода в департамент и встречи с этим режиссером.

Встреча в департаменте прошла в теплой дружественной обстановке. Стороны обсудили взаимные предложения по сложившейся ситуации и остались вполне довольны конструктивными решениями. Именно так написали бы в прессе, если бы это было событие государственной важности. И не важно было бы, что там на самом деле произошло за закрытыми дверями. К счастью, это событие таковым не являлось, и я могу написать все как есть.

С 10 до 13 часов 6 января прошли три незабываемых часа моей жизни.

С порога тетечка из департамента – типичный представитель как раз таких учреждений – сообщила, что сценарий доработан, режиссер все исправил, все прекрасно. Не то чтобы мы особо тешили себя надеждами, но все-таки сердце радостно сжалось от ожидания того, что сейчас появится нормальный текст, без фраз типа «настало самое время познакомиться и представить наших гостей…». Что ж, тем мучительнее было разочарование. Конечно, я не исключала, что когда-то мне придется работать корректором, исправлять чужие ляпсусы и очепятки. Но я совершенно не предполагала, что это будет так скоро. Тем более в таком месте. И к тому же в сценарии, написанном вроде бы профессиональным режиссером. Хотя язык теперь не поворачивается его так назвать… 3 часа я, К.П. и тетечка из департамента сидели и просто переписывали бред, представленный нам. Хотя на самом-то деле толку от тетечки было только «да, да, прекрасная идея!» и «нет, деточка, нет, надо по-другому», впрочем, после слов К.П. «да нет, она правильно говорит», тетечка опять начинала восклицать первый вариант фразы.

Примеры оригинальных фраз из сценария (орфография и пунктуация авторские):

«Молодежь всегда воспринимается обществом как судьбоносная сила и в ближайшее время должна стать той единственной перспективой, на которую можно опираться в решение государственных задач».

-просто нечего сказать относительно судьбоносности нашей силы, молодежь – буквально Рок нашего времени, не правда ли?

«Всё в мире развивается очень быстро, не случайно многие наши делегации прибыли к нам на самых быстрых самолетах и высокоскоростных поездах!!!».

-А все остальные вынуждены с печальным видом тащиться на медленных-медленных самолетиках и поездишках, прошу прощения?

«В нашем городе все самые важные мероприятия открывает самый известный и очень уважаемый человек – мэр города Иркутска, Владимир Викторович, мы приглашаем вас к нам – на сцену!».

-Вот здесь меня заинтересовало, какую прибавку к зарплате рассчитывает получить это режиссер? А это потрясающее «вас к нам», вы оценили?

«Дан старт для новых знакомств, новых идей и нового ритма».

-Ритма? Ритма чего? Просто боюсь представить.

«Сегодня мы должны рассказать и о том, чем гордиться город Иркутск – а город Иркутск гордиться своими спортивными достижениями…».

-Да, город Иркутск - он такой, тот еще хитрец!..

Исчеркав четыре листа текста ручкой вдоль и поперек, я начала чувствовать себя учительницей средних классов средней школы. И тут явился он: Светоч Истин, Гений Пера, Второй Михалков и Просто Первый Толик. В общем-то, сказать о нем можно только одно: «Толик». Толику на вид недалеко за тридцать, Толик носит блестящие брюки. Больше мне сказать нечего. У Толика перекосило лицо, когда он увидел четыре страницы своего сценария, исправленного синей ручкой (жаль, красной не было рядом, эх!), но у Толика отличная выдержка, ибо он промолчал. Толик во всем соглашался с еще одной тетечкой, учительницей как по профессии, так и по жизни. Искромсав буквально по буквам «Заповедь» Киплинга, они вдвоем вставили ее в текст. (Стало совсем стыдно это читать, и я теперь обдумываю коварный план по замещению его в тексте). А ведь какое стихотворение было!..

Во время прогона обновленного сценария, мне было странно услышать фразу «как-то много получается» от человека, который 9(!) раз повторил на одной странице «дорогие друзья». Видимо, Толику и правда нравится наш город.

В конце концов, угостившись чаем с шоколадкой, мы с Е-м умудрились сбежать из этого учреждения с криками «свободу попугаям!». Ибо больше сказать было просто нечего.

Все-таки узнать, что в департаменте по образованию(!) работает человек, который не считает, что, повторяя в двух соседних предложениях «участвуют, участники, участие», он не наступает на грабли тавтологии, - довольно неожиданное и не самое приятное открытие.