Территория любви Олега Янковского
Накануне 60-летия народного артиста (23 февраля) корреспондент КП поговорила с ним о футболе, джазе и женщинах
Непривычно видеть Олега Янковского без смокинга и бабочки. Ему ведь часто что-то вручают (опять же на последнем «Золотом орле» статуэтку за лучшую мужскую роль второго плана), и выглядит он обычно как английский джентльмен.
А в театре он оказался другой - совсем домашний. В уютном велюровом пиджаке цвета августовской травы, в вязаном шарфе, обмотанном вокруг шеи. Янковский набил в трубку табаку, раскурил, и в гримерке запахло терпко и сладко.
О любовных треугольниках
- Олег Иванович, вы играли когда-то в баскетбол?
- А что? - удивленный взгляд.
- В последней премьере «Ленкома» «Все оплачено» вы такие финты вытворяете с мячом!
- Спасибо за комплимент, - его зеленые глаза теплеют. - В баскетбол не играл. А в футбол люблю. У нас в «Ленкоме» есть даже своя команда.
- В том спектакле звучит ваш любимый джаз...
- Шопен в джазовой обработке. Такое смелое дело.
- Однажды кто-то из классиков сказал: «Блюз - это когда хорошему человеку плохо»...
- Человеку плохо? Нет, для меня все-таки блюз - это когда внутренний комфорт.
- А последние ваши кинороли - мужчины, которым плохо. В «Любовнике» ваш герой Чарышев после смерти жены вдруг узнает, что все эти годы она принадлежала не ему, а другому человеку...
- Одна знакомая про другую знакомую сказала: «Олег, что ты сделал, она упала в обморок!» В кинотеатре на долю секунды потеряла сознание. Наверное, близко ей что-то было.
По жизни часто какой-то треугольник организовывается. Но Чарышеву некому было даже предъявить претензии. Жена умерла.
- И даже побить некого.
- Бить-то, может, самого себя надо.
- От сильных переживаний он так и умирает в трамвае?
- А может, он заснул глубоко? Пусть каждый по-своему решит. Но внутри мой герой мертв, это точно. Он все круги уже прошел, и не с чем начинать новую жизнь. Можно понять, пережить измену близкого человека, если это год-два, а когда это параллельно шло 15 лет?
О надежных тылах
- А какой бы вы могли предложить ему выход?
- У меня в этом смысле жизнь сложилась по-другому. У меня надежный тыл. Мы с супругой вместе 41 год. Я - благополучный, счастливый человек... Если вот так просто сесть и подумать: «А если я окажусь в такой измене, как поступлю?» Нет, рационально на этот вопрос не ответишь. Мой герой в «Крейцеровой сонате» вообще убивает жену.
- Такого ужасного ревнивца сыграли!
- Но Лев Николаевич, наверное, про себя немножко писал. И в историю Анны Карениной Толстой тоже от себя привнес. Поделился.
- Кирилл Лавров в одном из интервью сказал: «В жизни всякое бывает, и случайная измена в физическом смысле не так страшна. Ну, не самый большой грех, с кем не бывает. А духовного предательства я бы не простил».
- Я тоже стою на такой позиции. Мужчина может и не затронуть себя, хотя будет нежен, ласков и в какой-то период даже предан. А вот измена женщины сложнее. Она связана с душой. Когда жена кормит своего супруга обедом, а думает о другом мужчине: «Голодный он сейчас или нет?» Это страшнее, конечно, 24 часа в сутки находиться в таком состоянии!
О друзьях-товарищах
- О-о, здрасьте! - с шумом открыв дверь, на пороге гримерки застывает Дмитрий Певцов. Улыбка во весь рот.
- Это наш городской сумасшедший, - представляет его Янковский. - Мы так шутим. У нас хороший коллектив.
Певцов тихонько прикрывает дверь с обратной стороны.
- Когда «Золотого орла» получали, вы пообещали его разделить с Сергеем Гармашом, с которым вы играли в «Любовнике».
- Одно крыло отдаю. Крылышко. Иногда вопросы задают - какие ваши университеты? Я, например, не хочу соревноваться с Виктором Сухоруковым, мы с ним в одной картине «Бедный, бедный Павел». Он другой совершенно. Но и встреча с ним - это тоже университеты. Надо быть хитрее - от каждого что-то брать. По крайней мере радость общения. С Сергеем Гармашом мы в очень теплых отношениях.
- Скованные одной цепью?
- Скованные одной женщиной. Я имею в виду, конечно же, фильм. Она их так связала. Своим теплом, кровью, нервами. Они, наверное, и Новый год вместе бы встречали. Вот чего вы вытворяете, женщины!
- В «Бедном, бедном Павле» ваш персонаж граф Пален - еще тот злодей и интриган!
- Он далеко не однозначный злодей. Иначе мне неинтересно было бы его играть. Я - актер, а не политик. Вот Сталин какой был? Дочь Светлану видел раз в месяц, сына Яшу старался вообще от себя отодвинуть... Я сам отец и сам дед... В той кровавой истории про Павла I извечный вопрос о предательстве ради некой высокой идеи. Павла убивали жутко, пепельницей, так, чтобы крови не было.
Об интригах
- Но интриги плетутся не только в высших кругах власти. А театральные интриги?
- Есть люди с таким складом характера - им обязательно надо кружева в коллективе заплести. Спрашиваешь: ну зачем тебе это? И выгоды-то никакой. А ему нравится, адреналин в кровь. Я к этим людям не принадлежу. Играть-то, может, и смогу. И может, даже хорошо. Но так, чтобы в своем коллективе сталкивать людей?!
- А как защитить себя от интриг?
- Заниматься делом. Это покров, который тебя защищает. Вот Евгений Павлович Леонов в нашем театре себя не скомпрометировал никак. Такие примеры помогают оставаться человеком.
- Олег Иванович, вас не смущает, что публика иногда проецирует на актера то, что он делает на экране?
- Было дело, подходили ко мне и говорили: «Ну, Мюнхгаузен - да. А почему же ты такую мразь играешь, Янковский, в фильме «Мы, ниже подписавшиеся». Там действительно мразь. Ну есть такой человеческий тип. А простой зритель, он ведь порой и не различает. Евгений Павлович играл в «Афоне» алкаша, к нему могли подойти и похлопать по плечу: «Ну, Женька, ты ж такой!» И бедный Евгений Павлович терялся.
О сыне Филиппе и внуках
- В жизни многое решает случай. Однажды в Волгограде вас с сыном снял на площади какой-то фотограф. И этот снимок вдруг попал Андрею Тарковскому в руки...
- Филипп тогда маленький был, белокурый, длинноволосый. Я его взял в Волгоград с собой на гастроли. Через год меня утверждают на роль отца Андрея Тарковского - Арсения - в фильме «Зеркало». И вдруг раздается звонок Тарковского: «Олег, как тебе не стыдно. У тебя ведь сын есть, а ты молчишь». - «Есть, конечно». - «А кто меня-то сыграет?!» - «Ну, я не знал, Андрей Арсеньевич. Как мне сказать, что у меня сын есть. У меня и жена есть. Может, и ей там что...» Снимали в Тучкове, там плохая была осень, холодная, сырая. Пять лет мальчишке, застуженный. Сейчас Филипп уже сам кинорежиссер. Когда эту историю вспоминаем, говорит: «Отец, ну я же выздоровел. Зато у меня есть Тарковский!»
- И внук Ваня тоже попал в историю. Вы же его сняли в фильме «Приходи на меня посмотреть»?
- Он так смешно мне потом сказал: «Дед, а ты мне дашь когда-нибудь роль со словами?» Детей ведь снимать, это как знак. Как талисман на счастье.
- Но у вас вообще крепкая актерская традиция. Наверное, и внучка Лиза тоже в актрисы собралась?
- Ей сейчас восемь лет, и она говорит: «Хочу быть артистом и артисткой». Такая фантазерка. Поживем - увидим...
- В каком-то интервью вы однажды сказали, что были «отравлены» сказками.
- Ну как отравлен? Бабушка меня и старшего брата заставляла в день прослушать одну сказку и говорить на французском языке. Меня в те годы послевоенные это раздражало. Я хотел скорее во двор. Помню, коньки к валенкам привязывал и цеплялся крючком за машину на улице. Или футбол гоняли прямо на асфальте. Я вратарем был. Можете себе представить, как неохота падать на асфальт.
- Сейчас-то часто играете?
- Я на газоне на даче у себя, в Барвихе, сделал футбольное поле. У меня играют сейчас сын и внук. И соседи к нам приходят. У всех есть бассейны и корты, а футбольного поля ни у кого нет.
О любви к женщине
- Ваш коллега Александр Абдулов как-то сказал, что нет ничего выше любви к женщине. А вы как считаете?
- Я думаю, что это даже выше высказывания Абдулова. Ничего выше и не может быть. Кто думает - профессия. Не-ет, это только рядышком. Но женщина может быть двигателем побед, а может и сломать. Тут ее мудрость необходима. Особенно в творческом дуэте.
- Жена ваша, Людмила Зорина, тоже талантливый человек.
- Да, очень. Она была первой артисткой.
- В Саратове - примой. И все-таки наступила на горло собственной песне?
- За это ей низкий поклон. Я этого человека ценю, это мой друг. Когда Марк Захаров пригласил меня в «Ленком», она же могла поставить условие: «Не могу ехать в Москву, не знаю, как сложится судьба».
- Ваша невестка Оксана Фандера называет ваш дом очень гостеприимным. Мол, Олег Иванович свято оберегает эту территорию любви.
- Оберегаю. Для меня самое главное - понятие семьи. У нас много родственников. И это очень важно.
О кресле и потертых тапочках
- Олег Иванович, известно ваше умение носить смокинги и фраки. А модельер у вас любимый есть?
- Кензо, которого я любил, был один в начале пути, теперь - другой. И я от него отошел. А вот Армани умеет сочетать современные тенденции с какими-то своими принципами. Вообще я довольно консервативен.
- И дома тоже?
- Это женщины всегда что-то меняют. Мы в свое время повыкидывали то, что еще осталось от родственников. А мой друг большой Михаил Куснирович, руководитель Боско ди Чильеджи, поставил в современную квартиру шкаф «Хельга», который еще от бабушки остался. Я не люблю, когда что-то меняется. Нет ничего лучше созданного тобой уголочка. Мужчины, по-моему, все такие. Или нет?
- Ну да, прикорнуть с газеткой в кресле своем, в тапочках...
- Потертых.
- Олег Иванович, каких только титулов у вас нет - и народный артист СССР, и самый элегантный актер, и секс-символ...
- Приехали мы как-то в Алма-Ату с Евгением Матвеевым и Владимиром Машковым. На творческой встрече речь зашла о секс-символах. Ну, мы и брякни залу: «А кого бы из нас вы назвали секс-символом?» Мы с Машковым переглядываемся: мол, чья возьмет? А народ взял, да и назвал секс-символом Матвеева».
Знаете, всерьез относиться к себе нельзя. Серьезно - да, но не всерьез. Лучше с иронией.
ЛИЧНОЕ ДЕЛО
Олег Янковский родился в Джезказгане, в семье ссыльного польского дворянина. Окончил Саратовское театральное училище. Как актер кино дебютировал в фильме «Щит и меч». Играл в Саратовском театре драмы. В 73-м был приглашен Марком Захаровым в «Ленком». Янковский был последним, кто получил звание народного артиста СССР.
В день юбилея он сыграет в «Ленкоме» в спектакле «Tout paye , или Все оплачено». В тот же вечер в театре Янковского тепло поздравят коллеги и вся его семья.
Самые известные фильмы
«Щит и меч»
«Обыкновенное чудо»
«Тот самый Мюнхгаузен»
«Полеты во сне и наяву»
«Зеркало»
«Ностальгия»
