Снимите это!
«Мы не можем сказать, что мы можем наполнить рынок своим отечественным кино», – сказал недавно Карен Шахназаров. Это горькое признание прославленного отечественного режиссёра очень многое говорит о судьбе российского кинематографа. И в том числе – о деятельности Фонда кино. Именно эта структура распоряжается миллиардными суммами, направляемыми на поддержку индустрии.
Изначально Фонд кино задумывался как инструмент поддержки киноиндустрии, призванный обеспечить производство действительно массовых фильмов, а главное – повышение их качества. Одной из его задач является привлечение российских и иностранных инвесторов к финансированию производства, проката и показа национальных фильмов и развитию материально-технической базы кинематографии.
По сути, планировалось, что Фонд кино станет стартовой площадкой для компаний-лидеров. А они, в свою очередь, окрепнув, получат возможность развивать бизнес с минимальной господдержкой. Об этом говорили и сами лидеры киноиндустрии. Так, продюсер Александр Роднянский совсем недавно заявлял: «Именно у продюсеров компетенция. Они рискуют, берут на себя ответственность, заводят механизмы, которые приводят фильмы к зрителям. Меньше всего хотелось бы возврата к системе Госкино…». Смысл понятен: дескать, компании умеют делать кино, привлекающее зрителей, и готовы рисковать для этого своими деньгами. Подчеркнём – своими, а не государственными.
Увы: слова не всегда совпадают с делами. В действительности ситуация стала развиваться по другому сценарию. Не зря министр культуры Владимир Мединский как-то (видимо, в сердцах) высказался про «порочный принцип, который был изначально заложен в систему выделения финансирования Фондом кино, когда деньги выдавались компаниям, а не конкретным проектам».
В какой-то момент у многих действительно появилось ощущение, что Фонд кино превращается в «кормушку» для избранных кинокомпаний. Понять, о ком идёт речь, не сложно: это те, на чью долю приходится львиная часть госсредств, предназначенных для поддержки отрасли. Это подтвердило и заседание 7 октября, когда на заседании попечительского совета Фонда были утверждены кинопроекты компаний, не относящихся к числу лидеров, фактически обозначив закрытие сезона 2013 года.
«Компании-лидеры» не только не отказываются от госфинансирования своих проектов – наоборот, они изыскивают возможности «урвать побольше». Из 3 млрд. рублей, выделенных государством на поддержку отрасли через Фонд кино, компании-лидеры – на безвозмездной основе! – получают ровно половину. Кроме того, они умудряются «осваивать» и дополнительное финансирование: из средств, предназначенных для остальных организаций. Так, в 2013 году средства получили «Арт Пикчерс Студия», "ТаББаК", "Кинокомпания "СТВ", "Централ Партнершип», "Студия "ТРИТЭ" Никиты Михалкова".
С начала века объемы госфинансирования отечественного кино увеличились почти в 13 раз. Рост более чем внушительный. При этом, однако, налицо очевидный дефицит действительно востребованных отечественных картин. Фонд кино, таким образом, не смог стать инкубатором по производству кассовых фильмов. Так называемые «лидеры» не оправдали возложенных на них ожиданий.
Дальнейшая же реформа Фонда еще более усугубила ситуацию. В 2013 году всем остальным компаниям – то есть тем, кто не вошёл в число «избранных счастливчиков» – на условиях безвозвратности выделено всего 400 млн. рублей. Оставшиеся средства (1,1 млрд. рублей) представляются на возвратной основе: по сути, в долг.
Увы: делается это, скорее, «для галочки». Всем очевидно: данная схема вряд ли будет способствовать выполнению поставленной задачи. Большинство компаний получает недостаточные средства на производство фильмов (Фонд, стараясь угодить всем, выдает небольшие суммы). Соответственно, они вынуждены изыскивать дополнительные источники средств для финансирования производства. А не найдя – возвращать полученные от государства суммы, опасаясь санкций правоохранителей и судебных разбирательств. На этом фоне не удивительно, что у представителей небольших киноорганизаций родилась инициатива по созданию независимого от государства фонда по поддержке кинокомпаний.
Печально, но именно ситуация, когда решающим фактором при решении вопроса о финансировании является не талант, а близость к конкретным «компаниям-лидерам» и продюсерам, порождает ту самую «вкусовщину», которая отнюдь не по вкусу остальным зрителям. Это, наконец, необходимо признать.
Пока они через аффилированные фирмы обеспечивают себе дополнительную господдержку (например, в 2013 году Фонд кино поддержит 8 проектов, в которых Фёдор Бондарчук выступает в качестве продюсера, режиссера или руководителя студий), независимые производители лишены возможности получить поддержку действительно новым проектам. Какой вид принимает кинематограф при таком подходе, нетрудно понять по идее Фёдора Бондарчука, высказанной им Ксении Собчак в эфире «Дождя»: снять фильм о Владиславе Суркове. Показательна реакция на это предложение одного из пользователей «Твиттера»: «У страны столько денег нет! Да, и очередь теперь Михалкова!». Точнее, пожалуй, не скажешь.
Без новых, действительно интересных миллионам россиян лент не будет и отечественного кино. И Владимиру Путину вновь, после перечисления немногочисленных успехов российского кинематографа последних лет (а они, справедливости ради, всё же есть), придётся напоминать грандам кинобизнеса: «Государство может помочь снять кино, но ему не под силу заставить людей это кино смотреть, если оно их не устраивает».
