Много шума и... ничего
Этим летом Федеральная служба по надзору в сфере образования и науки провела выборочную проверку деятельности приемных комиссий некоторых столичных вузов. Ее результаты поражают: выяснилось, что почти во всех из них есть серьезные нарушения федеральных законов...
Во-первых, сплошь и рядом отсутствует перечень граждан, которым по закону положены льготы при поступлении. Сироты, уволенные в запас военнослужащие, медалисты, победители олимпиад и прочие льготники не были информированы, что имеют право на преимущественное или внеконкурсное зачисление. А для детей-инвалидов и инвалидов I и II групп институты самовольно устанавливали квоты приема, что является грубейшим нарушением законодательства: при положительных оценках таких абитуриентов обязаны принимать без всяких ограничений. И наоборот: льготы предоставлялись каким-то непонятным “левым” лицам.
Во-вторых , на ряде факультетов (например, переводчиков в известном лингвистическом вузе) обнаружилась сексуальная сегрегация — брали только молодых людей. Соответственно, конкурс для ребят оказался намного ниже, чем при общем поступлении. Девушек же вынуждали подавать документы на другие специальности, что привело к резкому росту проходного балла. Между тем в Конституции РФ четко записано: граждане, независимо от пола, имеют равные права на получение высшего образования.
В-третьих, престижные университеты и академии устраивали дополнительные испытания для школьников, поступающих по результатам Единого госэкзамена. Столичные альма-матер предоставили под эксперимент половину своих специальностей, и ЕГЭ-свидетельства являлись достаточным документом для участия в конкурсе. Но вузы пошли на нарушение — ввели для егэшников сверхнормативные экзамены. Мол, по тестам нельзя определить, подходит им человек или нет. Таким образом, было сведено на нет одно из главных преимуществ ЕГЭ — заочность поступления. Ребятам по правилам можно было выслать в приемные комиссии заверенные копии свидетельств, а вместо этого им приходилось лично добираться в столицу и сдавать экзамены. В итоге были нарушены права иногородних (особенно из отдаленных районов), которые из-за высокой цены на билет не смогли прибыть в Москву и участвовать в конкурсе.
В-четвертых, в приемных комиссиях не всегда вывешивалось число имеющихся бюджетных мест, а иногда их количество значительно занижалось. Понятно почему: “лишние” местечки можно было втихаря отдать “своим” людям...
В-пятых , на апелляцию не допускали родителей, хотя в правилах приема четко указано: если абитуриенту еще нет 18 лет, он может взять с собой одного из родителей или опекуна.
В-шестых, от поступающих требовали документы, которые по правилам предоставлять было не нужно: медицинские справки и приписные свидетельства. В комиссиях якобы не знали, что медсправка необходима только там, где есть особые условия обучения или прохождения практики — например, в военных, милицейских, спортивных вузах. А отсутствие приписного свидетельства вообще не может быть препятствием для поступления в институт — получение высшего образования и служба в армии никак не связаны.
В-седьмых , не проводились предэкзаменационные консультации, что ограничивало право абитуриентов на получение полной и достоверной информации. Преподаватели, чтобы завалить “лишнего” абитуриента, могли сказать: “Мы же об этом говорили на консультации!” И поди докажи, что их не было...
На этом фоне такие мелкие нарушения, как сбор денег за оформление документов (должно быть бесплатным) или непредоставление копии лицензии, госаккредитации или устава учебного заведения, выглядят детскими шалостями... Рособрнадзор строго предупредил вузы-нарушители, что имеет право принять соответствующие меры. Сначала приостановит действие или аннулирует госаккредитацию, а потом, после судебного решения, полностью запретит проводить обучение.
Вот только провинившиеся альма-матер, кажется, не слишком-то испугались: за все предыдущие годы ни один госвуз так и не был наказан — закрывали только их слабые филиалы и частные институты...
