Блогнот. Сталинизм на полчаса
На Таганке открыли горельеф с изображением Сталина. Точнее - его копию, сильно уменьшенную и выполненную не в сложной технике фарфоровой глазури, а будто бы напечатанной на гипсовом 3D-принтере. В 1970-е «композиция с трудящимися» была заменена на панно с портретом Ленина, однако это панно было убрано в связи с постройкой перехода. В уменьшенном виде вождь народов вернулся на Таганку после 9 мая 2025 года, что вызвало волну пересудов – к чему этот «робкий сигнал»?
В последние годы «сталиномания» приобретает модный оттенок. Десталинизация, проводимая сначала его же последователями (от XX съезда с развенчанием «культа личности» и до перестроечной кампании по окончательному вычеркиванию «усатого» из истории), теперь считается пережитком либеральной эпохи, а сам первый «эффективный менеджер» приобретает все больше позитивных черт. Оспариваются сталинские репрессии (от уменьшения числа жертв до полного отрицания его причастности к ним), переоценивается роль в становлении отечественной экономики, находятся даже черты определенной либерализации, например, в части становления бизнеса – первых артелей и хозрасчета. В этой связи появились многочисленные музеи и «частные памятники». В общем, многие поклонники сталинизма – это не какие-то кровожадные люди, жаждущие репрессий, а скорее те, кто смотрит на Сталина в другой оптике, не через призму культа личности.
Другое дело - те, для кого фигура Сталина – это флаг. Они могут и не знать исторических реалий, но в образе той самой «жесткой руки» видят символ грядущих изменений в стране. Репрессии, доносы, расстрелы – в их понимании благо для государства, а не то, чего нужно стыдится или даже опровергать. ГУЛАГи, «воронки», «чистки», политика антисемитизма и прочие «перегибы» среди этой группы сталинистов считаются не просто нормой, а выдающимся достижением этатизма, торжества Левиафана над растоптанным «гражданским обществом». Такой образ вождизма как раз популярен в народе, по крайней мере, среди тех, кто озлоблен на мир вокруг, хотел бы прижать к ногтю коррупционеров, победить олигархов, покарать шпионов и врагов народа, в конечном итоге – найти виновных в собственных бедах и отомстить.
Поэтому, как мы видим, «робкий сталинизм» больше характерен для тех, кто не хотел бы политизации этого, по сути, исторического вопроса, но хотел бы общей сборки разных периодов существования российского государства в единую систему знаний. Нечто наподобие английской истории, где различные эпохи не конфликтуют друг с другом, но являются органичным продолжением друг друга. «Громким сталинистам» в целом все равно, что там с историей, их задача – сделать из Сталина икону сегодняшнего дня (как в свое время Джугашвили поступил с Лениным, превратив его в символ и основание своего правления). Но и тут есть конкуренция: между политиками-коммунистами, «силовиками» и просто хайпующими чиновниками. С последними все ясно: когда в соцопросах Сталин лидирует среди других исторических фигур, многих тянет прильнуть к этому рейтингу. И предложения, например, переименовать Новокузнецк в Сталинск, а Волгоград в Сталинград и т.д.
На этой же ностальгической площадке играют и коммунисты, правда, в конечном итоге отдавая очки ресентимента в пользу государства и его «силовой корпорации». При том, что тот же Кремль не спешит ассоциировать себя со Сталиным. Путин выставляет в своей кремлевской квартире портрет Александра III «миротворца», а ВЦИОМ записывает в ТОП выдающихся личностей Пушкина и Петра I. Отсюда и гибкие подходы: переименовать в Сталинград не город, а лишь аэропорт, а вместо «большого Сталина» в центре Москвы – маленький в переходе метро. Отсюда можно сделать вывод, что никаких сигналов от ползучей сталинизации Кремль не шлет, а, скорее, пытается где надо – хайпануть, а где можно – сделать приятное почитателям, ненадолго, на полчаса - к юбилеям и патриотическим праздникам.
