Смерть в прямом эфире

Летчики впервые столкнулись с воздушной стихией почти полвека назад.

Турбулентность - штука коварная и жестокая. Впервые с ней столкнулся 17 октября 1958 года легендарный командир первенца реактивной техники - самолета Ту-104 Гарольд Кузнецов.

В тот день он выполнял рейс Пекин-Москва. Самолет уверенно шел на высоте 12 тысяч метров. А затем случилось неожиданное: чья-то невидимая гигантская рука схватила машину железными тисками и резко подбросила вверх. Причем сила броска была настолько мощной, что многотонная махина, как вырвавшийся из рук воздушный шарик, взметнулась ввысь сразу... на два (!) километра.

Счет шел на доли секунд. Пытаясь выровнять машину, командир и второй пилот Антон Артемов до упора отдавали штурвал от себя. Но рулей высоты просто-напросто не хватало. Это как дверь, которую вы пытаетесь распахнуть настежь, а она сделана так, что может открываться лишь наполовину... А затем самолет внезапно швырнуло вниз. Не слушаясь рулей, Ту-104 мгновенно перешел в отвесное неуправляемое пикирование. Почти вертикально, развивая сверхзвуковую скорость, лайнер понесся к земле..

Как потом установила государственная комиссия, воздушная схватка длилась всего 2 минуты. Невероятно, но факт: понимая, что самолет гибнет, Гарольд Кузнецов уже с высоты 13 километров начал скрупулезно передавать на землю то, что происходит: "Высота... Скорость... Крен... Тонгаж..." Словно в обычном испытательном полете! Передавал сам: на штурвале была специальная кнопка, соединенная с микрофоном. Связь продолжалась практически до самого столкновения с землей. Последние слова командира были: "Прощайте, родные. Погибаем".

Информация с терпящего бедствие борта оказалась бесценной. Дело в том, что в течение 1956-1958 годов с самолетами Ту-104 уже произошло несколько загадочных происшествий. Ни одно из тщательно проводимых расследований, в которых участвовали специалисты Главного управления ГВФ, Государственного научно-исследовательского института, КБ Туполева, ВВС, так и не сумело пролить свет на их причины. Дефекты в конструкции, технические неполадки? Нет, вроде все нормально. Плохие метеоусловия? И к ним придраться нельзя. Остается так называемый человеческий фактор. И шишки сыпались на головы пилотов.

Точки над "i" расставил Гарольд Кузнецов. Как показал анализ переданных им сведений, самолет попал в гигантский восходящий поток воздуха. О том, что подобное возможно на высотах свыше 9 километров, никто из создателей новых самолетов и не подозревал. Ведь у поршневых машин "потолки" были несоизмеримо меньше. Даже маститые конструкторы утверждали: реактивные машины станут летать "над погодой". Турбулентность? "Мелочи" - считали они. Так было до того трагического дня.

Правда, экипажу Кузнецова не повезло вдвойне: он попал в самый эпицентр вертикального воздушного потока. Потом, имитировав трагический полет, конструкторы определили параметры потока: длина 9-13 километров, ширина - почти 2, толщина - до 6... Его скорость тоже была огромной - 300 км в час.

В срочном порядке конструкторы приступили к поиску способов борьбы с грозным природным явлением. Были снижены "потолки", модернизирована конструкция, разработаны рекомендации по центровке воздушных судов. Горький опыт помог вообще создать иные аэродинамические формы, успешно противостоящие воздушным потокам. В частности, конструкторы нового межконтинентального лайнера Ил-62 придумали на передней кромке громадного стреловидного крыла самолета специальный "зуб". Благодаря ему, даже попав в мощный вертикальный поток, Ил самостоятельно опускает свой нос...