Непорочное зачатие, пожирание младенца и другие библейские радости – в фильме «мама!»
В прокате – «мама!», жесткий ужастик про мытарства беременной крали и одновременно глумливейшая пародия на Библию. В роли крали – отменная 27-летняя актриса Дженнифер Лоуренс, за сценариста-режиссера – ее нынешний хахаль Даррен Аронофски, тоже непоследний человек в современном Голливуде.
Некий поэт (Хавьер Бардем) живет с возлюбленной (Дженнифер Лоуренс) в огромном доме в уединенной глуши. Их идиллию нарушит визит (поначалу вежливый, но вскоре начинающий напоминать вторжение) пожилых супругов (Эд Харрис и Мишель Пфайффер). Вскоре в дом нагрянут взрослые сыновья последних – и один из них убьет другого. Радушный поэт-хозяин дозволит несчастным родителям организовать в его доме поминки. Дальнейший поворот сюжета можно описать строчкой из Пушкина – «Гости съезжались на дачу», – только вот последствия этого «съезда» напомнят скорее о маркизе де Саде.
«Джей Ло» здесь – в самом соку.
После провального «Ноя» ничуть не хилый вообще-то режиссер Аронофски собрался с силами – и выдал аккурат такое кино, какого хотелось ждать от создателя «Пи» и «Черного лебедя». Кстати, «мама!» куда более, чем на кассового и почти массового «Лебедя», походит именно на «Пи», дебютную ленту Даррена, остроумный триллер про математика, попавшего в плен каббалистического морока.
Причем «мама!» – еще радикальнее, а значит, картину можно нарекать решительно антимассовой (мировые ее сборы об этом и говорят). Хотя поначалу мнится, что это очередной хватающий зрителя за горло клаустрофобный триллер вроде «Ребенка Розмари» или «Забавных игр».
Удушливой атмосфере в духе этих и других хорроров из сокровищницы «авторского кино» весьма способствует излюбленная г-ном Аронофски манера съемки, когда оператор то дышит в затылок герою/героине, а то давит на зрительскую психику сверхкрупными планами его/ее лица, попеременно искажаемого гримасами ужаса, отчаяния, одержимости и трепета. Работает на сей эффект и полное отсутствие музыки, как в фильмах Бунюэля.
В общем, адептам попкорна ловить тут нечего. Зато место в истории «маме!» уготовлено по-любому. Не сочтите за спойлер, но ключ к этой картине прост как мычанье: Ветхий Завет плюс Новый Завет. Зрителю, которому эта формула не взойдет на ум, «мама!» покажется абсолютной бредятиной – антихудожественной и античеловеческой. Правда, конечно, и то, что и пресловутую Библию запросто можно охарактеризовать таким же образом.
