«Дама, сидящая слева, не леди». Мать американского этикета Эмили Пост

Эмили Пост [Emily Post], урожденная Прайс, была дочерью известного архитектора и наследницы пенсильванских угольных магнатов. Она родилась в 1872 году, и к своему совершеннолетию уже была полноправным членом нью-йоркского высшего света.

Одна из самых красивых, богатых и благовоспитанных невест Нью-Йорка, она после первого же бала дебютанток влюбилась в молодого финансиста Эдвина Поста и вскоре вышла за него замуж. Однако в отношениях с мужьями ни благовоспитанность, ни даже красота не являются решающими. И через два года, после рождения двух сыновей, Эмили обнаружила, что ее муж проводит гораздо больше времени с молодыми актрисами на своей яхте, чем с ней и сыновьями. Слишком хорошо воспитанная и гордая, чтобы устраивать скандалы, Эмили уберегла сыновей от семейных сцен. Чтобы не впасть в уныние, она начала писать романы — далекие от уровня Эдит Уортон, но достаточно профессиональные, чтобы заслужить одобрение журнальных критиков. Однако скандал все-таки обрушился на семью — с совершенно неожиданной стороны.

В июне 1905 года финансиста Эдвина Поста посетил сотрудник желтого (и потому особенно популярного) журнала «Городские темы». Он предложил Посту выгодную сделку: «или заплати?те журналу за якобы многолетнюю подписку 500 долларов (нынешние 10 000), или в следующем номере появятся красочные описания ваших развлечений на яхте». Пост попросил несколько дней на раздумье и обратился в полицию, которая умело и охотно довела дело до суда над журналом-шантажистом. Суд, однако, ударил не столько по журналу, сколько по высшему обществу, потому что при допросах свидетелей выяснилось, что отступные деньги грязному журнальчику уже заплатили за сокрытие своих внебрачных похождений и Джон Астор, и Уильям Вандербильд, и знаменитый архитектор Стэнфорд Уайт... А редактор журнала приобрел еще большую популярность, заявив, что сутью его действий была моральная миссия — выявление безнравственной сущности знаменитых «четырехсот» — группы развращенных богачей Америки.

Как и следовало ожидать, главными пострадавшими стали жены богачей, особенно благовоспитанные. Эмили Пост в течение всего суда мужественно демонстрировала лояльность к мужу и ходила с ним на все заседания и слушания. Но через полгода после окончания суда они развелись. Дальнейшая судьба Эдвина Поста неизвестна, кроме того, что его фамилия вскоре стала одной из самых популярных в Америке — благодаря книгам, написанным его бывшей женой.

Книга Эмили Пост «Этикет» (монумент американским хорошим манерам) вышла в первом издании в 1922 году. Она была честно адресована узкому слою американской публики. «Обычно, — говорилось в книге, — для дебютантки неудобно иметь одну горничную на двоих с матерью». Или: «Набор визитных карточек лучше иметь одного дизайна для городского дома и другого — для загородного». Или: «В автомобиле леди должна сидеть справа от джентльмена. Дама, сидящая слева — не леди.

После этих цитат делается ясно, почему издатели питали весьма скромные надежды на книгу и отпечатали ее тиражом всего в 5 тысяч экземпляров. К полному их изумлению книга полтора года продержалась в списке бестселлеров, и за это время им пришлось восемь раз ее допечатывать. Двадцати пятью годами и семью изданиями позднее она все еще продавалась по три тысячи экземпляров в неделю. В чем же загадка успеха Эмили Пост? Почему в предположительно бесклассовом обществе Америки массовый читатель мог так самозабвенно изучать правила хорошего тона? Вот что пишет об этом историк Артур Шлессинджер в книге 1946 года «Учась правилам поведения. Исторический обзор американских книг по этикету»:

В Америке, с ее миллионами иммигрантов из самых разных слоев общества, многих людей надо было учить не сморкаться в пальцы и не сплевывать жевательный табак на ноги прохожим. В своей стране такие люди жили бы среди себе подобных, а в Америке они легко могли оказаться среди людей другого круга. Поэтому массовое обучение манерам было выравнивающим процессом демократического общества, попыткой разрешить проблему расхождения демократической идеи равенства с реальностью если не классов, то разных уровней общества.

Книги Эмили Пост отличались от всех предыдущих. Во-первых, она писала их почти как беллетристику — на примерах воображаемых семей, которым она давала говорящие, прямо-таки фонвизинские фамилии: «Знаменитовы», «Зано?счинские», «Вульгарис-Богатовы», «Добросердовы» (The Eminents, The Toploftys, The Kindhearts). Но главное — уже в первом издании книги «Этикет» Эмили Пост предлагает некую возможность, цель, соблазнительную для широкого читателя:

Высшее общество не представляет собой союза богатых, оно также не горит желанием исключить из своего круга людей, рожденных в незнатных семьях... Высшее общество — это ассоциация джентльменов и леди, для которых грамотная и вежливая речь, обаяние воспитанности, понимание светской любезности и инстинктивное внимание к чувствам и удобствам других людей являются главными рекомендациями.

И миллионы аутсайдеров загорелись идеей стать инсайдерами — пусть не самого высшего общества, но общества — выше своего теперешнего. Понимая эту ситуацию, Пост стала выпускать дополненные и расширенные издания своих книг: уже в переиздании 1927 года она ввела в книгу вполне благородное семейство the Servantless («Бесслужанских») и миссис Three-in-One — «Три в одной» (домашнюю работницу, совмещавшую в одном лице повариху, горничную и служанку). Дальше — больше. В книгах Пост стали появляться примеры хороших манер у курящих дам или у людей, голосующих на дорогах... примеры поведения, уместного при встрече ветеранов войны. А в 1949 году она вела газетную колонку «Этикет водителей грузовиков»! Популярность ее книг была ни с чем не сравнимой: во время войны «Этикет» стал книгой, наиболее часто востребованной солдатами, и одной из книг, которые чаще всего крали из публичных и домашних библиотек. В 1950 году Эмили Пост была признана второй по популярности женщиной в Америке — после Элеонор Рузвельт. Подводя итог жизни Пост, автор книги о ней, Лора Кларидж, пишет:

Эмили Пост сломала больше стен, разделяющих социальные слои американского общества, чем сам Франклин Делано Рузвельт.

Не знаю, можно ли делать такие далеко идущие выводы об исторической роли Эмили Пост, но американцы и до сих пор, на разных уровнях воспитания и образования, свято соблюдают ее указания, усвоенные с детства: кашлянув во время разговора, непременно извиняются, а позвонив по телефону, непременно спрашивают: «Есть ли у вас сейчас время поговорить со мной?», никогда не звонят в чужие дома после девяти часов вечера и в гостях никогда не ударяются в длинные монологи и не занимают внимание общества более, чем на пять минут. Кое-что из этого я и сама с благодарностью усвоила.