«Русский фантом» - урок выживания

На сцене - все приметы ядер­ной зимы - такой, какой мы представляем ее себе по предположениям сведущих людей. Тех, кто знает о смер­тоносной силе некоторых видов оружия и последствиях его применения для всего жи­вого на планете Земля. Если назвать это одним словом, можно сказать так: катастро­фа, мировая катастрофа.

Такую ситуацию, когда мир померт­вел, утратил краски, когда солнеч­ные лучи не пробиваются сквозь толщу пепла в атмосфере, - не дай бог пережить такое никому. Кровь стынет в жилах от одной только мысли о необра­тимости случившегося. Но вот раздается чей-то голос, голос виновника трагедии - технического гения, авантюриста, гор­деца, безумца по фамилии Гарин. И об­легченно вздыхаешь: это театр.

Почти столетие назад (в 1927 году) рус­ский писатель Алексей Толстой написал свою версию глобальной катастрофы, на­ступившей по вине гения физики, изо­бретшего лазерный луч, который спосо­бен уничтожить все живое на большом расстоянии. «Научно-фантастический роман «Гиперболоид инженера Гари­на» - невероятная история талантливого ученого, мечтающего обрести власть над всем миром при помощи созданного им теплового чудо-луча, оказавшегося в его руках грозным оружием...»

Роман волновал читательские умы весь двадцатый век - сначала смер­тоносный лазер воспринимался как абсолютно нереальный, затем к нам ста­ла просачиваться информация о гениаль­ном ученом-физике Николе Тесле, кото­рый производил невероятные, до сих пор потрясающие воображение эксперимен­ты с электрической энергией и переда­чей ее (и других видов энергии, открытых этим ученым) на огромные расстояния.

Вполне возможно, что писателю были известны какие-то сведения о подобных опытах в России, пусть и менее впечатля­ющих, хотя наиболее вероятным кажет­ся тот факт, что прообразом Петра Гари­на стал легендарный серб Тесла, рабо­тавший в Соединенных Штатах. Так или иначе, в контексте научных открытий своего времени история, рассказанная нам Алексеем Толстым, уже не выглядит фольклорной сказкой, а для нас сегод­няшних - тем более.

Поэтому сама основа, сама тема премьерного спектакля Иркутского музы­кального театра кажется сегодня более чем актуальной - хотя тема добра и зла, их противостояния стара как мир.

Этот жанр определен как музыкаль­ный блокбастер, написанный по моти­вам романа Алексея Толстого (либретто В. Пучеглазова, музыка И.Левина).

Понятно, что материал адаптирован авторами и постановщиками к формату музыкального театра. Следует также ука­зать, что Иркутск стал городом мировой премьеры спектакля - мюзикл под на­званием «Русский фантом» поставлен на сцене нашего театра впервые в России.

После пролога с «ядерной зимой» и раскаявшимся безумцем собы­тия на подмостках начинают свой обратный отсчет: перед нами возникают сцены из парижской жизни начала про­шлого века. Светское общество смуще­но слухом о некоем русском ученом, ко­торый изобрел всесокрушающее оружие - смертоносный луч. Кто-то сразу видит в этом выгоду - возможность с помощью изобретения получить власть над миром; кто-то пугается, кто-то считает, что столь непредсказуемого человека проще уничтожить вместе с его опасным открытием.

В действие вовлечены самые разные слои общества - промышленные воро­тилы и русские разведчики, журнали­сты и полицейские, студенты и цветоч­ницы, дамы света и уличные женщины, бандиты и король криминала, кафе­шантанные певицы и танцовщицы.

Появляется и возмутитель их спо­койствия - русский гений Петр Гарин, имеющий множество двойников, кото­рые сбивают с толку наемных убийц. По ходу событий в спектакле снова и сно­ва настойчиво всплывают важнейшие для человечества этические вопросы: совместимы ли в одном лице «гений и злодейство», должен ли человек в сво­их дерзновенных изысканиях соблю­дать меру, понимать «грань дозволен­ного», или ему позволено все? Како­ва мера ответственности за прозрения, опережающие время? Допустима ли идея «сверхчеловека», надмирного су­щества из числа смертных?

Но при всей серьезности поставлен­ных проблем мы имеем дело с фактом искусства и сидим в уютном зритель­ном зале, не испытывая никакого дис­комфорта, кроме эстетических и эмо­циональных потрясений. И.пусть от одного только вида пылающих заво­дов (взрыв, разумеется, был устроен «стараниями» Гарина) у самых впечат­лительных зрителей по спине бегут мурашки, пусть Гарин готов цинично по­ставить на карту весь мир - это лишь эффектные трюки осветителей, сцено­графов, актеров и всего постановочно­го коллектива...

Действительно, в спектакле немало режиссерских и технических находок и удачных актерских работ, начиная с роли Короля парижского криминала по прозвищу Гастон - Утиный Нос (народный артист России Владимир Яковлев), роковой женщины Зои (Александра Гаращук, Юлия Пихтина) и раз­ведчицы Маши (лауреат Международно­го конкурса артистов оперетты и мюзикла Анна Рыбникова), промышленного маг­ната Роллинга (заслуженные артисты Рос­сии Николай Мальцев и Вячеслав Варлашов) и, конечно, Гарина (Александр Ай­даров и Евгений Алешин).

Музыкальную основу спектакля, ярко и выразительно исполняемую оркестром, солистами и хором театра, дополняет и обогащает рок-группа Extrovert, помога­ют создать нужную атмосферу и пласти­ческие образы артистов и солистов ба­лета, (хореографическое соло исполня­ют Мария Стрельченко, Татьяна Садовая, Юрий Щерботкин, Александр Ковалев).

Может быть, некоторые постановоч­ные ходы вызывают внутреннее несогла­сие у зрителя. Скажем, надо ли было из Гарина делать пьяницу и дебошира, или это следует понимать как свидетельство внутреннего конфликта его сложной лич­ности? Или: вот действие перенеслось из Парижа в Россию, в русский ресто­ран, и изображается она, Русь-матушка, какими-то лубочными красками, с не­пременными половыми в красных ру­бахах, хохломской росписью на задни­ке декораций и девушками в сарафанах, похожих на наряды массовки из ансам­бля «Березка»? Именно так, непременно с этими красными рубахами, изобразили бы русский кабак где-нибудь на Западе - для пущей узнаваемости. Может, еще ма­трешек добавили бы и русскую гармонь. Но мы-то знаем о себе чуть больше и чуть иначе…

И все же в целом спектакль впечат­ляет. И пусть постановщики (ре­жиссер Сусанна Цирюк, Санкт-Петербург, дирижер Сергей Царегородцев, хореографы и еще множество участников, отвечающих за сценогра­фию и видеоарт, свет и костюмы, пла­стику и драматургию происходящего, за исполнение ролей и за множество обстоятельств и художественных дета­лей) - словом, пусть постановщики и актеры ставили перед собой вполне те­атральные задачи, и упрекать их в этом бессмысленно, - но то, что пробуждают они в зрителе, достойно уважения.

А пробуждают они чувство ответ­ственности за себя и за человечество, как бы громко это ни звучало. Ведь не обязательно быть инженером Гари­ным, чтобы нанести непоправимый вред миру, природе, жизни на планете. Можно придумать массу других вред­ных, непоправимых вещей и из сооб­ражений сиюминутной выгоды осуще­ствить их. Так многие и делают - вы­черпывают недра и загрязняют воду, отравляют воздух и изобретают ору­жие. Но не обернется ли жажда обога­щения против самих безумцев, а заод­но против их детей, внуков, против со­седей по планете?

Может, и нынешний кризис разразил­ся как нельзя кстати - вот и придуманный безумцами наших дней адронный коллайдер помедлят запускать? Может, наш спектакль нужно скорее показать в Евро­пе, чтобы уважаемые умные-преумные безумные ученые и вовсе передумали так рисковать нашими жизнями, если своих жизней им не жаль?