На лжи и цинизме великую Россию не построить

Борис Немцов, один из лидеров СПС, в эксклюзивном интервью «НГ» анализирует причины проигрыша своей партии в парламентской кампании и делится подробностями переговорного процесса на правом фланге.

– Борис Ефимович, не кажется ли вам, что ваше резкое противостояние с властью и лично президентом помешало проголосовать за СПС многим представителям среднего класса – традиционно вашей части электората?

– Мне представляется, что мы выбрали наиболее точную, правильную стратегию. И СПС была единственной партией, которая в ходе всей кампании говорила правду. А правда, я убежден, состоит в том, что режим Путина – это коррупция, упразднение независимого правосудия и замена его басманным, это монополии и алчная бюрократия, это наглая политическая цензура. Средний класс нас не услышал, потому что мы были блокированы. Кроме того, потоки лжи и геббельсовской пропаганды, организованной на телеканалах, дезориентировали людей. Моя мама, которая является образованным человеком и следит за своим сыном, только через три дня после моего выдвижения кандидатом в президенты с удивлением узнала об этом. От меня – по телефону.

– Есть много людей, улучшивших свое материальное положение при Путине, и им не хочется идти на баррикады – они хотят только реформ. Их отталкивает ваша риторика в духе «Другой России». Они перестают видеть разницу между вами и Каспаровым. Вам не кажется, что вы их теряете?

– Нет, не кажется. Моя задача была и будет – объяснить гражданам, что на самом деле произошло за годы правления Путина. Мы будем делать это и дальше. Объяснять, что цинично, жестоко и лживо управлять страной не получится. На цинизме и лжи нельзя построить великую страну. Основа гнилая. И никакой особой резкости в моих выступлениях нет. Есть позиция – мы не согласны с курсом Путина. У нашей кампании было два главных пункта: борьба с коррупцией (Россия сегодня отброшена на 143-е место по этому показателю и находится в одном ряду с самыми отсталыми странами) и возвращение гражданских прав и свобод. Эти чувства испытывает масса людей.

– Вам не кажется, что демократы проиграли, поскольку так и не смогли объединиться? И что это пагубно не только для либералов, но и для страны? 10–15% электората остались без своего представительства в Думе.

– Это были самые бесчестные выборы за всю историю новой России. Убежден: никакого отношения оглашенные результаты к настоящему голосованию не имеют. Если вы считаете, что голосование в ряде регионов, где участвовало за 90% избирателей, этому не доказательство, то, значит, и разговаривать не о чем, потому что это чисто северокорейский вариант. Говорить о том, что если бы мы объединились, то прошли бы в Думу, бессмысленно.

– Тем не менее вы не оставляете надежды на объединение. Ведутся ли сегодня переговоры СПС с потенциальными союзниками?

– Важно до президентской кампании сделать все, чтобы объединение случилось. Я этим занимаюсь. Я только что встретился с Михаилом Касьяновым. И уже есть продвижение вперед. Мы обсуждаем некое коалиционное соглашение.И намерены его утвердить в такой форме: если кто-то из нас выдвигается кандидатом в президенты, то остальные участники соглашения должны стать его доверенными лицами. Я сам готов быть и кандидатом, и доверенным лицом, участвуя в коалиционном проекте. Для меня моя личная судьба, безусловно, важна, но судьба моих четырех детей важна гораздо больше.

– Анализируя – по свежим следам – исход предвыборной кампании СПС, вы отмечаете в ней какие-либо ошибки? Вам ничего не хотелось бы поправить, если бы была возможность вернуться назад?

– У нас была одна главная ошибка. О нашей внятной четкой позиции, о том, что мы – против воровской суверенной демократии, заявили слишком поздно. Мы сейчас заняли ту нишу, которая и в нравственном плане является очень точной, и в политическом плане – тоже. То, что режим, очевидно, будет гнить, так как он стал абсолютно лживым и коррумпированным, у меня нет сомнений. То, что потенциал протеста будет расти, нет никаких сомнений. Подтверждение этому – то, что за нас голосовали очень достойные люди, голоса которых для меня крайне важны: Андрей Смирнов, Лия Ахеджакова, Виктор Шендерович, Евгения Альбац, Алексей Венедиктов, Олег Басилашвили, Дуня Смирнова, Евгений Киселев, Наталья Фатеева и еще очень многие.

– Причины провала – только внешнего порядка?

– Если бы мне дали полчаса на Первом канале, Путин бы проиграл выборы, а мы бы набрали процентов 20. Поэтому они побоялись нас пригласить. Поэтому всю ночь после голосования они говорили исключительно про СПС и про меня. Они нас как огня боятся. Потому что сила в правде. Они обливали нас помоями, в душе понимая, что они абсолютные грешники. Мы морально гораздо сильнее их. Сколько бы охолуевшие критики ни тявкали по телевизору, правда рано или поздно станет понятна людям. Работают специальные огнеметы-телевизоры, откуда льется ложь. Это спецоперация против собственного народа, которому объяснили про одного честного, великого, мудрого вождя. Все остальные его оппоненты представлены негодяями. На самом деле они испугались дебатов. Они трусы, отказавшиеся обсуждать проблемы коррупции, образования, пенсий. Это особенно заметно в выступлении Путина в Лужниках, где он говорил про 90-е и свою борьбу с олигархами. Правда состоит в том, что Путин в 90-е дружил с олигархами, конкретно с Абрамовичем и Березовским, и потому стал преемником. А мы с ними воевали. И эта правда рано или поздно станет известна.