Отсрочка для богатых

Чем больше ты не заплатил налогов, тем больше тебе может простить государство.

Дмитрий Медведев подписал изменения в Налоговый кодекс, принятые Госдумой 21 ноября и одобренные Советом Федерации.

Парламент стремительно реализовал предложения, высказанные 20 ноября Владимиром Путиным на съезде «Единой России», — снизил на 4% налог на прибыль, дал регионам право снижать с 15% до 5% налоговую ставку для малого бизнеса, работающего по упрощенной системе налогообложения, увеличил с 1 млн до 2 млн рублей сумму, с которой исчисляется налоговый вычет для граждан, приобретающих жилье.

Об этом торжественно сообщалось по всем каналам как о важнейших антикризисных мерах. Значительно меньше сообщалось еще об одном изменении Налогового кодекса, принятом в том же «пакете». А именно — о предоставлении министру финансов права дать организации отсрочку или рассрочку по уплате федерального налога на срок, не превышающий пять лет, в случае, если «размер задолженности организации… превышает 10 миллиардов рублей и ее единовременное погашение создает угрозу возникновения неблагоприятных социально-экономических последствий».

По прежней редакции НК, налоговые органы могли давать отсрочки по налогам на срок не более года, а отсрочки на срок до трех лет могло предоставлять Правительство РФ. И вот теперь — до пяти лет, по личному решению министра финансов, да еще и для организаций, которые задолжали сверхкрупные суммы…

Стенограмма заседания 21 ноября заслуживает того, чтобы ее цитировали.

Владимир Федоткин (КПРФ):

«Уважаемые коллеги, речь в этой поправке идет о порядке и условиях предоставления отсрочки или рассрочки по уплате федеральных налогов. Речь идет о сумме, которая превышает 10 миллиардов рублей, то есть может быть 50 миллиардов, может быть 100 миллиардов. И вот здесь две опасности. Первое. Решение об отсрочке уплаты этой суммы принимает министр финансов Российской Федерации единолично. Дали 100 миллиардов в долг, он пишет: рассрочка или отсрочка. Это, извините меня, вариант коррупции. И второе. В конце этой поправки записано: отсрочка или рассрочка, предусмотренная настоящей статьей, может предоставляться без способов ее обеспечения. Мы только вот на той неделе или две недели назад говорили о том, что через Центробанк дают огромные суммы частным банкам без обеспечения, то есть дали деньги, банк обанкротился — нет ни ответчика, ни денег. Здесь повторяется та же самая ситуация. Это тоже вариант коррупции».

Андрей Макаров («Единая Россия») — зампред Комитета Госдумы по бюджету и налогам, представлявший законопроект:

«У нас на сегодняшний день существует порядок предоставления отсрочек и рассрочек. Но ситуации могут возникать неожиданно… В налоговом законодательстве мы должны предусмотреть ситуации, которые могут возникать, и возможность вынесения оперативных решений. Да, мы отдаем решение вопроса министру финансов, но мы прописываем следующим образом: если это создает угрозу для экономики страны, для социальной экономической ситуации. И мы говорим об абсолютной персональной ответственности. Вот если бы мы сказали, что решение вопроса передается Министерству финансов, то весь комитет возражал бы против этого».

Иван Грачев, «Справедливая Россия»:

«Конечно, эта поправка воспринимается фракцией как абсолютно коррупционная, то есть это право министру финансов устанавливать индивидуально налоги некоторым объектам или субъектам… Ссылки на скорость абсолютно несостоятельные, потому что все, что нужно, Дума и Совет Федерации примут в считаные дни, если действительно позарез нужно, что, собственно, вы сегодня и демонстрируете… На самом деле, конечно, нынешний министр финансов никакого умения точно и четко работать в экстремальных ситуациях не продемонстрировал, то есть все решения опаздывают, все решения неточные, все оценки грубые и неуспешные. И предоставить ему сейчас такое право на весь 2009 год — а за это время можно разбазарить все резервы страны — мы, конечно, не можем. Мы будем решительно против этой поправки голосовать».

То, что вся эта дискуссия ничего не изменила, понятно: 315 голосов за поправки, предоставляющие указанные права министру финансов, против — 78 голосов. И что в результате? Того, кто задолжал государству мало, заставят платить силой — угрожая блокировкой счетов, арестом имущества, а то и отправкой в Читу. А тот, кто задолжал не просто много, а очень много, может ни о чем не беспокоиться.

Понятно, что задолженности такой величины могут быть только у естественных монополистов, крупнейших банков, нефтегазовых и металлургических компаний, государственных корпораций. Им и дается ясный сигнал: если что — решайте вопрос лично с министром. Он лично и будет оценивать, грозят ли, если взыскать с компании долг, «неблагоприятные социально-экономические последствия». Нечасто прямо в законе встречаются столь ясные намеки…

Что там говорил в очередной раз президент Медведев о жесточайшей борьбе с коррупцией? Может быть, чтобы ее победить, не надо давать никому, — каким бы кристально честным профессионалом он ни был, — единолично решать вопросы, стоящие десятки миллиарды рублей?