Блогнот. Томская экс-неделя
На АЗС Томской области появился бензин и стали исчезать очереди. Таким образом, от самых первых симптомов топливного кризиса, когда запретили заливать канистры (конец мая), до видимого купирования проблемы прошло пять месяцев. Не исключены к тому же остаточные явления, о которых даже писать не хочется. Но очевидно, что в каких-то гаражах, сараях, подвалах, а иногда и прямо в квартирах и домах сформированы населением огнеопасные запасы топлива, которые при случае могут полыхнуть так, что мало не покажется.
Обстановка взрывоопасная не только в частном секторе. Большинство крупных отечественных предприятий задумались о том, как закопать в землю самые уязвимые точки своей производственной инфраструктуры, а лучше бы вообще целиком уйти underground. Долгая мирная жизнь изрядно расслабила российских промышленников. О физической защите своих предприятий они привыкли думать по горизонтали, а теперь надо вертикально переосмыслить всё происходящее...
Бывает, что сама власть немножко преступает закон в политически важных моментах, компетентные органы могут закрыть на это глаза. Так случилось, например, с томским Камнем Скорби. Несостоявшийся, а жаль, томский мэр Фёдор Шабанов, юрист по образованию и финансовый директор по роду занятий, ещё весной этого года написал в прокуратуру Советского района обращение, в котором просил проверить, на каких законных основаниях был демонтирован мемориальный комплекс в центре города.
Прокурор Советского района Виктор Гречман ответил Шабанову, что памятник не был включён в реестр муниципального имущества и отчасти поэтому его демонтаж не может быть признан превышением должностных полномочий или иным злоупотреблением городских чиновников. Вроде как честь девушки не задета при изнасиловании, потому что она не была поставлена на соответствующий учёт.
Такая юридическая эквилибристика изумила Шабанова, и он написал уже второе обращение по поводу Камня Скорби. На этот раз — в областную прокуратуру, в котором рассказал, что Камень Скорби до сих пор зарегистрирован в областном реестре вновь выявленных объектов культурного наследия за номером 66. В связи с этим никакая городская комиссия по ЧС не могла и близко подойти к мемориальному месту без чиновников областного комитета по охране объектов культурного наследия. Тут, конечно, возникают вопросы к главе этого комитета Елене Перетягиной, и Шабанов эти вопросы ей задал письменно. Ответа пока нет. А вот из областной прокуратуры ответ получен от начальника управления по надзору за исполнением федерального законодательства Алексея Тенькова.
Теньков пишет: «Сведения о недостатках, допущенных прокуратурой Советского района г. Томска при рассмотрении вашего обращения, нашли подтверждение».
Снос мемориала в центре Томска, вся вина которого заключалась в том, что к нему несли цветочки в честь невинно убиенных политзаключённых, породил конфликт внутри могучего ведомства. Начальник областного управления был вынужден указать районному прокурору на ошибки при рассмотрении обращений граждан.
Кроме того, заявление о незаконном сносе Камня Скорби направлено в Следственное управление по Томской области СК России. И это уже камешек в огород Александра Ивановича Бастрыкина. Какие от него разойдутся волны — пока неизвестно. Но интересно.
Интересно и то, что на совещании с главами муниципальных образований губернатор заявил о необходимости оптимизации (читай: сокращения бюджетной сферы). Собственно, резать ставки в бюджетных организациях начали ещё весной. Но до каких пределов дойдёт резекция сейчас, сказать сложно.
Впереди тяжелейший бюджетный год. А мёртвый политический сезон уже начался.
Автор: Андрей Остров
Фото: тг-канал «Обитаемый Остров»
