Сибирский след Александра Чекановского
В библиотеке Иркутского областного краеведческого музея состоялось заседание, посвященное 170-летию со дня рождения Александра Чекановского, заложившего фундамент современной геологии Восточно-Сибирского региона.
Метаморфозы истории: сначала Чекановский был в первых рядах тех, кто в 1863 году участвовал в восстании за отделение Польши от России, а спустя всего несколько лет с твердостью и самопожертвованием служил той же России.
Александр Чекановский - потомственный польский дворянин, лишенный этого звания и всех привилегий, несостоявшийся медик и выдающийся геолог. Его имя стоит в одном ряду с прославленными исследователями второй половины XIX века Николаем Северцовым, Иннокентием Лопатиным, Петром Кропоткиным, Яном Черским. По заданию Российского географического общества они сводили последние белые пятна с территорий Памира, Приуралья, Якутии, Сахалина и Приморья. Чекановскому выпал жребий действовать в почти неизученной речной системе, расположенной между Енисеем и Леной.
С геологией Чекановский "обручился" в Киевском университете, обучаясь... на медицинском факультете. Учеба на врача особой радости ему не доставляла. Зато он вспыхивал счастьем, когда оказывался в стенах минералогического кружка, где полностью отдавался во власть сосредоточенной здесь великолепной коллекции камней. Именно они его и подтолкнули учиться на геологическом факультете Дерптского университета. Минералы стали смыслом жизни Александра, за ними он готов был идти на край света. Здесь Чекановский обрел и друзей, близких по духу и по призванию. Впоследствии они тоже станут знаменитостями.
Бенидикт Дыбовский прославится изучением фауны Байкала. Фридрих Шмидт - своими исследованиями в палеонтологии, ботанике, геологии. Потом, спустя многие годы, у этой дружбы будет сибирское продолжение. Все они окажутся в Иркутске. Фридрих - как посланец науки, а Бенидикт и Александр в качестве ссыльных.
После восстания царский суд дал Чекановскому шесть лет каторги. К своему месту заключения в Забайкалье осужденный добирался пешим этапом. По дороге недалеко от Томска заболел тифом. Болезнь Чекановский победил и снова двинулся по этапу к забайкальской деревне Сивакова на реке Ингода. Затем у него состоялось знакомство с деревней Дарасун. В 1866 году он получил существенное облегчение благодаря Шмидту и Российской академии наук, которые ходатайствовали о его переводе в село Падун. На берегах Ангары и раскрылся в полной мере талант и дар Чекановского как исследователя.
Здесь он составляет первую схему геологического разреза силурийских отложений на участке Падун - Братский острог, открывает девонские окаменелости, впервые обнаруживает новые горные породы Восточной Сибири - сибирские траппы; изучает четвертичные отложения, подземные воды, проводит первые геоморфологические наблюдения в бассейне Ангары, выявляет результаты влияния многолетней мерзлоты, ведет метеорологические наблюдения и даже занимается изучением осенних шляпочных грибов.
Составленные коллекции Чекановского Ф. Шмидт купил для Академии наук. Оказав существенную помощь ссыльным, Шмидт пошел еще дальше. Он опять начал хлопотать за Чекановского в Академии наук с просьбами, чтобы та предприняла усилия для перевода ссыльного в Иркутск. И эти хлопоты не были напрасными. В сентябре 1868 г. А. Чекановскому было разрешено переехать в Иркутск.
Более того, Чекановский становится сотрудником Сибирского отдела Русского Географического общества и составляет план геологических исследований Иркутской губернии. Сначала он исследовал окрестности Иркутска, низовья долины Иркута, открыл захоронение юрской фауны в селе Усть-Балей на Ангаре, изучал район Хамар-Дабана, долины рек Слюдянка, Талая, Быстрая на предмет условий залегания слюды-флогопита и лазурита. Им было осмотрено побережье озера Байкал от села Култук до реки Ангасолка и затем по западному берегу - от села Лиственничное до Голоустного.
За этот комплекс геологических наблюдений Русское географическое общество присудило геологу Малую Золотую медаль. А через пять лет на Международном географическом конгрессе в Париже его "Географическая карта Иркутской губернии" получает высшую награду - "Золотую медаль первого класса".
В начале лета 1872 г. А.Л. Чекановский составляет инструкцию по добыче россыпного золота. Осень и первую половину зимы 1872 г. посвящает завершению первой капитальной сводной работы о геологическом строении юга Восточной Сибири. В 1874 г. публикует "Геологические исследования Иркутской губернии", пишет первую научную библиографию истории геологического исследования Сибири, которую впоследствии продолжил В.А. Обручев, и самое основное - исследователь впервые составил комплексный план геолого-палеонтологического изучения Сибири. Основываясь на своих открытиях, А.Л. Чекановский высказывает новые геоморфологические представления. Он считает, что современные горные сооружения юга Сибири и Прибайкалья сформировались в послеюрское время, предвосхищая идею неотектонического развития рельефа. Им составлено первое описание палеозойских пород района Братск - Падун.
Когда завершался первый этап геологических исследований на Байкале и Ангаре, Шмидт и Чекановский в переписке разрабатывают идею обследования речных систем между Енисеем и Леной.
Осенью 1872 г. совет Географического общества утверждает план двухгодичной экспедиции, разработанный друзьями, по которому в первый год следует обследовать низовья реки Тунгуски, во второй год - реки Оленек. Для этого выделяются ассигнования - по 3000 р. ежегодно (средства Географического общества). Чекановский назначается руководителем экспедиции. Потом последует еще одна экспедиция в низовья реки Лены, осуществленная полностью на средства Чекановского.
План первого года экспедиции по долине Тунгуски предусматривал проведение геологических исследований, топографической съемки реки и составление естественно-исторических коллекций.
25 мая 1873 г. экспедиция отправилась в плавание. Ее сопровождали опытные местные лоцманы и проводники. На одном из порогов, Ждановском, Чекановский осмотрел коренные выходы и впервые описал особые изверженные горные породы - сибирские траппы. Через три недели экспедиция добралась до села Ербогачен, а 19 июля пересекла границы Иркутской губернии. Проводники вынуждены были покинуть исследователей, и Чекановский на отрезке в 1000 км пути двигался без карт по совершенно не изученному фарватеру реки.
Экспедиция длилась три месяца, за это время преодолев около 2500 км. В процессе исследований ею были собраны коллекции горных пород и палеонтологических находок, впервые составлена инструментальная топографическая карта реки Нижняя Тунгуска.
Результаты геологических исследований Чекановского по Нижней Тунгуске нашли подтверждение через 100 лет, когда в бассейне реки были проведены обширные геолого-съемочные работы и активные поиски алмазов. Эти работы оставили в силе общие суждения Чекановского о геологическом строении Нижней Тунгуски. Особой заслугой исследователя следует считать выявление минеральных богатств обследованной им долины реки. К ним относятся соляные источники, сероводородные озера, исландский шпат, аметисты, магнетит, гипс, графит, сидериты, уголь, графит, горный хрусталь, галенит, сфалерит и другие полезные ископаемые.
Вторая экспедиция Чекановского по реке Оленек длилась почти год. Главный ее итог - открытие на Нижней Тунгуске и от нее к северу до Оленека обширной зоны траппов, а также определение возраста мезозойских отложений севера Сибири.
Между второй и третьей экспедицией Чекановский получил известие из Петербурга о решении правительства об освобождении из-под надзора полиции и возвращении ему всех прав дворянства и имущества.
В это время совет Географического общества предложил Чекановскому провести экспедицию по обследованию бассейнов рек Анабара и Хатанги. Но Александр отклонил предложение и предложил план завершения работ в низовьях Лены. Этот план совет поддержал, но ассигнований на работы не выделил.
15 мая 1875 г. началась третья сибирская экспедиция Чекановского, последняя. Осуществлялась она на деньги друзей и знакомых и продолжалась более семи месяцев.
В период водного маршрута по Лене от Якутска непрерывно проводилось инструментальная съемка местности и геологические наблюдения береговых обнажений горных пород. Завершая полевые работы, глава экспедиции провел рекогносцировочные поездки по тундре с целью определения маршрута для будущей экспедиции в бассейнах рек Хатанга и Анабара.
Трехлетний научный подвиг Чекановского принес России выдающиеся результаты в геологическом и географическом изучении азиатской части страны.
Экспедиции также составляли коллекции зоологические сборы насекомых, позвоночных и других представителей биосферы (18000 экземпляров). Собранные на огромной площади ботанические коллекции составили 9000 экземпляров.
Заслугой исследователя является и то, что все коллекции были переданы в музей Императорской Российской академии наук. Большой интерес представляют собранные материалы для изучения продолжительности и силы произрастания леса до тундровой области.
Картографический материал экспедиции вошел в большую карту азиатской России и опубликован на немецком языке. Большое значение имел лингвистический материал. На его основе был издан "Словарь наречия конфгирских тунгусов" в 1878 г. в Санкт-Петербурге.
После иркутского периода Чекановского ждала работа в Петербурге. В северной столице он получил должность ученого хранителя минералогического музея Академии наук. Здесь он вплотную занялся обработкой экспедиционных коллекций, подготовкой карт и планов.
Деятельная натура Чекановского требовала широких, масштабных действий и дальнейших экспедиционных исследований по расширению начатых и успешно проведенных работ на просторах Сибири и Арктического побережья. Однако составленный им план новых маршрутных исследований на ближайшие годы не нашел поддержки у некоторых академиков.
Потеря надежды на осуществление мечты потрясла его. Наступившее обострение старой болезни, одиночество, денежный долг в четыреста рублей вогнали его в депрессию, которая завершилась попыткой самоубийства, приведшей 18 октября 1876 г. к смерти.
Ему шел тогда сорок четвертый год. Большой болью эта печальная весть отозвалась в Иркутске в сердцах тех, кто его знал, работал с ним, у друзей - поляков, всех иркутян, которые уважали и восхищались этим неутомимым, чрезвычайно симпатичным честным и деликатным человеком. В память о А.Л. Чекановском, истинном служителе науки, иркутяне еще в позапрошлом веке начертали его имя на фронтоне Иркутского краеведческого музея. Его имя носят и поселок недалеко от Братска, небольшой горный хребет в Якутии, а также три вида современных растений - полынь, аконит, лиственница и несколько видов ископаемой флоры.
Валерий Андреев, кандидат геолого-минералогических наук; Юрий Чернов, кандидат геолого-минералогических наук.
