Возвращение хищного века

Когда корпорациям разрешают создание армий, это означает, что монополия государства на наслие будет неизбежно подорвана.

Подписанные на днях президентом поправки в федеральные законы, которые, по существу, открывают путь к созданию корпоративных армий «Газпрома» и «Транснефти», воскрешают призраки давно ушедших эпох.

На заре капитализма власти европейских государств отдавали на откуп компаниям-монополиям освоение далеких заморских территорий. Так появились английская и голландская Ост-Индские компании и наша Русско-американская, занимавшаяся освоением Аляски. Со временем подобные структуры превращались в квазигосударства с собственными институтами власти, полицией и вооруженными формированиями. Компании сами добывали и охраняли добытое (зачастую — просто награбленное). В условиях бесконтрольности, охранявшейся мощным силовым ресурсом, хозяйничание приводило к огромным злоупотреблениям, коррупции и конфликтам с местным населением. В итоге поддержка таких структур стала для государств-метрополий чересчур обременительной, и в XIX веке их ликвидировали.

Подобное происходило и позднее, в эпоху «дикого капитализма», время господства трестов и концернов — ситуация, знакомая нашим соотечественникам по фильму Стэнли Крамера «Оклахома, как она есть». Однако по мере развития и «очеловечивания» деловых отношений и эти тресты ушли в прошлое. Наверное, можно возразить, что российский капитализм во втором его пришествии еще слишком молод, поэтому проходит ступени, которые другие страны миновали. Но, приняв подобное утверждение, нужно поставить крест на широко пропагандируемых планах превращения России в одного из мировых экономических лидеров ХХI века. Ведь точно так же, как паровая машина Ползунова не прижилась в крепостническом хозяйстве Российской империи, нанотехнологии вряд ли выживут в условиях архаичного капитализма Российской Федерации.

Впрочем, проблема не только в этом. Когда отдельным корпорациям разрешают создание частных армий, это означает, что монополия государства на насилие (и вообще властная вертикаль, над созданием которой российские верхи так упорно трудились последние годы) будет неизбежно подорвана. Ведь корпорации, у которых есть собственные инструменты силового принуждения, рано или поздно превратятся в полунезависимые от государственной власти «удельные княжества» с собственными порядками. На подконтрольных им объектах и территориях федеральные законы будут формально признаваться, но фактически не действовать: кто же будет принуждать их исполнять?

Эта картина напоминает середину 90-х. Правда, тогда в роли княжеств, уделов и улусов выступали субъекты РФ, оставленные федеральным центром на произвол судьбы. Справедливости ради надо сказать, что в те времена вертикали власти не было. А сейчас есть, и денег у федерального центра навалом. Так зачем же возвращаться к институтам былого?

Доводы, что функции «корпоративных армий» будут ограничиваться охраной трубопроводов, а компаний, которым предоставлены подобные привилегии, будет всего две, малоубедительны. Если обладание силовым ресурсом узаконено, то при желании всегда можно найти способ его применить. А «корпоративных армий» может оказаться и больше. Ведь есть, кроме «Газпрома» и «Транснефти», другие гиганты, вносящие существенный вклад в экономическое процветание Родины. Так почему бы их не вознаградить за усилия? Например, разрешить РАО «РЖД» завести бронепоезда и приватизировать железнодорожные войска для охраны важнейших коммуникаций на Северном Кавказе. Или позволить РАО «ЕЭС» создать отряды боевых пловцов и запустить в водохранилища канонерки для охраны гидроузлов и прилегающих территорий.

На самом деле возвращение подобной архаики вызвано не стремлением повторить путь, уже пройденный другими государствами. Это не более чем производное от российского бюрократического капитализма. Когда высокопоставленный чиновник становится капиталистом, капиталист мечтает о карьере чиновника, а конкуренция вытесняется и из экономики, и из политики, то у представителей высших классов возникает естественное желание максимально использовать контролируемые ресурсы. Не важно какие — экономические, финансовые или бюрократические.

Как при зрелом феодализме: дали тебе именьице за службу, но не навсегда. Поэтому пользуйся на всю катушку, пока можно. При таком подходе можно любое ведомство превратить в очень эффективный инструмент давления — по части ли соблюдения санитарных норм, технадзора или официальной «экологии». Чтобы помнили, кто в этих секторах самый главный. И, разумеется, что ресурсы наподобие нефти и газа нужно еще и крепко охранять, вообще сомнений быть не должно.